А вот кочергу я вообще не воспринимал как оружие. А сейчас думаю, а почему бы и нет? Заточить с двух сторон, вырезать из дуба рукоять. Да, баланса не будет, но это в существующей реальности — очень отличное.
Сам же я о себе подумал, что не тренируюсь совсем со своим топором-мультитулом. Это оружие многим лучше может быть, чем тесак, если только потренироваться. Тем более, что тут мастера именно боя на топорах, но никак не на мечах, можно рассчитывать, что дадут ценные уроки.
— Тревога! Тревога! — закричали на смотровой вышке.
— Вот так, только подумаешь о том, чтобы созидать, нести в этот мир доброе и светлое, технологии, которые улучшат жизнь, а здесь тревога и опять некогда думать о лучшей жизни, а приходится решать, как уберечь свою задницу и, как минимум, еще одну очень симпатичную попку жены, — бурчал я, трусцой подбегая к смотровой башне.
ЭПИЛОГ
Ракат, главный среди старших воинов племени Огня, стоял и с вызовом смотрел на своего лекса. Динокл был стар, и по мнению немалого числа воинов племени Огня пришла пора сменить его. Старший сын Динокла погиб, и вождь даже не предполагал, насколько его власть держалась на популярности в воинской среде именно наследника. Теперь же, когда рассыпались надежды быстро и безболезненно поглотить племя Рысей, что было обещано Диноклом, старшие воины готовы пойти даже против своих клятв.
Готовы, но частью. Другие же были только за Динокла. Род лекса был самым сильным в племени Огня и его воины составляли треть от всего числа бойцов… После смерти наследника и его воинов, количество бойцов рода лекса уменьшилось, но не критично.
— Ты, неблагодарный волчонок, который думает, что волк. Как ты смеешь перечить моему приказу? — разъяренным зверем кричал Динокл. — Это я оставался верен своей клятве твоему отцу, поделился едой, воспитал тебя, возвысил тебя, отдал замуж свою дочь. А ты предаешь?
Суровое лицо воина, казалось безэмоциональным. Но это было не так. Ракат был человеком, который никогда ни перед кем не покажет эмоции и чувства. При этом внутри него могут бушевать пожары, ураганы, смерчи. Бывало так, что из-за невозможности выплеснуть накопившиеся эмоции, Раката начинало трясти, вплоть до судорог.
Он был благодарен Диноклу, но и понимал, уже понимал, какую сам играет роль. Когда отец Раката погиб в битве с неизвестными людьми, пришедшими с юга, Динокл взял мальчика на воспитание. Уже позже Ракат понял, что не благие помыслы побуждали Динокла, а дальновидность и расчет. Род Раката был одним из сильнейших племени Огня, и Динокл сделал все, чтобы его воспитанник возглавил большой род. А также Ракат, будучи верным своим клятвам, сделал очень многое, чтобы долгое время лояльность воинов лексу Диноклу не вызывала никаких сомнений.