Следом за ним вышли еще двое, и тут я перестал чувствовать присутствие альбиноса за спиной. Не пытаясь понять, что происходит, просто использовал скачок в сторону, но все равно не успел.
Бедро пронзила острая боль, а по телу мгновенно поползло заражение. Метка плюс Поток — и уже стерильная рана начала затягиваться.
— Я слышал, что ты не подвержен воздействию благодати, — раздался голос Судьи, но непонятно даже, с какой стороны. — Удивительно. Признаюсь, в это я не верил.
Они осквернение Черной Чумой называют благодатью? Нет, это точно орден поехавших на всю кукуху.
Я быстро огляделся по сторонам, но так и не понял, куда делся альбинос и с какой стороны доносится его голос. Хотел было ударить чистым Потоком во все стороны, но не успел.
Гребаный скафандр на нечеловеческой скорости приблизился ко мне, намереваясь схватить, так что вновь пришлось использовать скачок. Не помогло. Стоило мне выйти из него, как другой ублюдок тут же оказался вплотную и обхватил меня руками так, что затрещали кости.
Второй мгновенно оказался рядом, сдавил руку, вывернул и вонзил когти в предплечье. Я тут же почувствовал, как накатывает слабость, и понял, что этот говнюк каким-то образом выкачивает из меня энергию.
В этот раз они подготовились гораздо лучше. Потому что третий пришелец был наготове, и стоило Урсусу появиться, как в него с разгона влетел оставшийся рыцарь. Мой зверь не стал терпеть подобное хамское отношение и отвесил пару размашистых ударов лапами, но даже не смог поцарапать броню. Зато тут же получил увесистый удар кулаком в грудь. К моему удивлению, Урсуса отбросило на несколько метров.
Кто бы ни сидел в этих доспехах, по чистой физической силе он не уступает даже Косте. А то и превосходит его.
Но я тоже готовился к этой встрече. Прочная мягкая броня пришельцев отлично гасит удары, защищая владельца. Но, как показал Мамонт, очень плохо справляется с высокими температурами.
Над нами проявилось несколько копий сразу. Улучшенные реплики, которые доработал Мамонт. Полые внутри, заостренные и приплюснутые снаружи, новые наконечники прекрасно пробивали даже самую прочную броню. Главное — выбрать правильное место для удара да приложить побольше сил.
Копья наполнены энергией духовного пламени, так что мало не покажется.
Но в момент, когда я их метнул, вмешался альбинос. На мгновение он проявился, словно бы сотканный из черного дыма. Мелькнуло два прямоугольных лезвия, послышался звон. Два копья полетели в стороны, но еще четыре достигли цели.
Три вонзились в спину и плечи ублюдка, что держал меня, ломая все кости. Еще одно ударило другого, прерывая откачку энергии. А когда из наконечников вырвалось дикое пламя, я с наслаждением увидел, как матовое стекло забрала подсвечивается изнутри.