Так что, обзаведясь тарелкой с борщом и картофельным пюре с котлетой, я поставил себе на поднос чашку чая и направился к свободному столику. Присутствующие в столовой офицеры никак на меня не реагировали, слишком увлечённые собой. Я тоже не стал им навязываться, так что устроился в уголке и приступил к трапезе.
Появление рядом со мной батюшки я не пропустил.
— Разрешите, ваше сиятельство? — глубоким голосом обратился ко мне он.
— Конечно, отче, — ответил я и поспешил освободить место для священника.
— Спасибо.
Он был неодарённым, это чувствовалось даже без всякого магического взора. Простой мужчина, разве что в другой одежде, чем обычные бойцы и офицеры. Тем более удивительно оказалось, что рядом с ним я почувствовал себя увереннее.
Заметив мой взгляд, он улыбнулся.
— Тоже ощутили благодать, ваше сиятельство? — спросил он. — Можете называть меня отец Андрей, если вам угодно. И я не читаю ваши мысли, просто с тех пор, как мы оказались в этих землях, такое у всех наблюдается.
— Вы с вашими соратниками сотворили настоящее чудо, отец Андрей, — откладывая ложку, качнул головой я.
— Не мы, ваше сиятельство, — доброжелательным тоном поправил меня священник. — Господь решил, что земле не нужно страдать. А мы — всего лишь скромные проводники Его воли. Хотя, конечно, удивились не меньше остальных, когда всё случилось.
Я кивнул, возвращаясь к еде.
Что ж, позиция самих армейских священнослужителей ясна. Впрочем, вряд ли бы он рассказал постороннему, что там было на самом деле. Церковь, я уверен, и сама ещё не понимает, что творится в Аэлендоре.
— Ребята говорят, Ярослав Владиславович, вы стали служить одной из сущностей, — с тёплой улыбкой глядя на меня, проговорил отец Андрей. — Сначала я не верил, что такое вообще возможно, а теперь, когда на всё, что творится в этом мире, посмотрел, даже не знаю, что и сказать.
— Это серьёзный вызов для любого истинно верующего, — согласился я.
Но священник несогласно покачал головой.
— Никакого вызова здесь нет для истинно верующего, Ярослав Владиславович, — сказал он. — Нет ни эллина, ни иудея. И раз Господь создал эльфов, значит, такова Его воля. И всё, что происходит вокруг — всего лишь следствие Его решений. Не нам его оспаривать. Мы можем лишь следовать заветам, насколько позволяет совесть. И на своём примере показывать, что вера христианская — то, что нужно для спасения души. Как бы долго эльфы ни жили, их души языческие, но крещение и не таких грешников спасало.
Я улыбнулся, но не потому, что мне стало смешно. А оттого, что был уверен — такие подвижники, как отец Андрей, как раз и нужны в Аэлендоре. Те, кто смогут рассказать, не навязываясь, почему именно наша вера — лучшая. Кто не мечом и огнём, а добрым словом приведёт под руку церкви народы эльфов.