— Ну, посмотрим, что получится, — хмыкнул я и вытащил саблю.
Ощущение присутствия сущности накатило волной, и я всей кожей почувствовал, что Ликсис Талия начала молиться своей Морвель. Того количества ушастых, что уже померли здесь, вполне хватило, чтобы жрица могла дозваться до Матери Тишины. Мне такие костыли не требовались, а потому я отключил микрофон шлема, чтобы не смущать дружину, прежде чем сказать:
— Забери тех, кто умрёт сегодня здесь, они все заслужили свой путь в чертоги.
Вместо ответа я почувствовал, как меня обдаёт привычная волна холода. Не могильного, как пишут в книгах, а равнодушного, навевающего мысли о вечном покое. Никаких вечных мучений, только тишина и ничто.
И моя задача сегодня — сделать так, чтобы как можно большее число поднявших на меня руку грёбаных эльфов в это самое ничто и отправилось. Потому как каждая ушастая тварь в Аэлендоре должна знать, как дважды два — тем, кто оскаливается на русских людей, вбивают зубы в глотку.
— Огонь только после моего приказа, — вновь включив микрофон, распорядился я.
Моё лицо сменилось обликом Жнеца. Серп в реальности не показывался — пока что не нужно. А вот аура Смерти потекла от меня во все стороны, облизывая машины, но не трогая сидящих внутри людей. Ни один датчик не засечёт эту пробирающую до дрожи мощь. А все странности я легко спишу на молитвы Ликсис, какая моим людям разница — жрица выпросила помощи у Матери Тишины, или же их барон лично упокоил десятки эльфов? Тем более эффект от молитвы принцессы как раз-таки ощущался физически.
Первый десяток ушастых ворвался в зону досягаемости моей ауры, и я вытянул руку с саблей в их направлении. Ушастые неслись верхом, и кони под ними резко заржали, так жалобно, что даже на слезу бы пробило. Но мне было не жаль лошадей, им ничего не грозило.
А вот эльфы падали с сёдел, так и не успев ударить по мне ни магией, ни оружием. Они валились замертво, лишённые душ уже в полёте. Потерявшие седоков скакуны тут же прыснули в стороны, убегая подальше от ауры, которую чувствовали и оттого явственно дрожали.
Второй отряд пробирался по лесу и намеревался атаковать неожиданно. Откуда ж им было знать, что мы видим эльфов так чётко, что можем рассмотреть все детали одежды и даже оценить ширину зрачков?
Аура сжалась, подчиняясь моей воле, и, словно коса, прошла по чаще, убивая на месте ушастых, как только они вошли в зону действия. Они попадали так же дружно, как и предыдущие.
А я почувствовал, что выдохся и дальше придётся платить собственными силами.
— Огонь! — скомандовал я и присел на колено.