С другой стороны — это всё опять же реклама. Бесплатная причём! Лишь бы только пожар снова не разгорелся, чтобы было, что рекламировать. Впрочем, прошедший ночью ливень и присутствие пожарных внушали оптимизм.
Мой взгляд сам собой скользнул к Шурке. Она сидела на корточках рядом с Петром Александровичем, держа в руках кабель, и внимательно слушала его объяснения про подключение к источнику питания. Когда она поймала мой взгляд, то слегка опустила глаза и чуть порозовела, но уже без тени той мрачности, что была утром. Интересно, поняла ли она, что её реакция была так очевидна?
А эта её неожиданная близость? Или всё произошло случайно, как и было задумано?
Потом взгляд переметнулся на Катю. Она сидела, подперев щеку рукой и касаясь кончиком пальца виска. Уставившись в экран ноутбука, она изредка, как будто машинально, щелкала тачпадом.
В этом огромном худи, с ногами, поджатыми под себя, княжна выглядела удивительно… мило. И только легкий намёк на румянец на щеках, блуждающая по лицу улыбка и чуть затуманенный взгляд, когда она отрывалась от экрана и смотрела даже не на меня, а просто прямо перед собой, напоминали о нашем с ней моменте близости.
Но работа постепенно брала верх.
ㅤ
Я взглянул на часы. Время незаметно подбиралось к обеду. Рабочее утро, несмотря на бурное начало, задалось. Остатки смущения растворились в деловой атмосфере.
Живот предательски заурчал, напоминая, что от пересолёной яичницы в нём остались лишь воспоминания.
— Мне кажется, пора сделать перерыв на обед, — я встал и с удовольствием потянулся, чувствуя, как затекли плечи от сидения с блокнотом.
Шурка, которая как раз захлопнула крышку очередного шкафчика управления, вздрогнула и обернулась. На её лице мелькнуло что-то между смущением и решимостью.
— Да… да! — ответила она. — Никто не против, если готовкой займусь я?
— Против? Да мы только за! — мы с Петром Александровичем переглянулись.
Катя закрыла ноутбук и тоже поднялась.
— Нужна помощь? — спросила она.
— Нет-нет, Екатерина Владимировна, справлюсь! — отозвалась Шурка елейным голосом. — Сидите, отдыхайте. Скоро всё будет!
Катя остановилась, слегка приподняв бровь. Пётр тихонько фыркнул.
Мы почти сразу же всем составом переместились в столовую. Из кухни сначала донеслось лёгкое шипение — словно что-то медленно нагревалось на сковороде. Потом звуки стали активнее, добавилось потрескивание, сопровождаемое бодрым стуком ножа о разделочную доску. Шурка явно знала своё дело.
Воздух в столовой наполнился божественным ароматом. Сначала — чуть дымный, солоноватый запах поджаривающегося сала. Потом к нему присоединился глубокий, манящий дух жареной на вытопленном жире картошки.