Наконец гарнизон получил подтверждение, что перед ними свои, и изнутри в ворота ударили один раз. Звук глухой, но отлично слышимый.
— Начать движение! — отдал приказ лейтенант, и возницы тут же начали нахлёстывать коней, чтобы те быстро набрали скорость. В этот же момент створки ворот начали быстро раскрываться.
— Ну вот мы и на месте. — произнёс я, скорее себе, нежели шаману. И ударил лошадь пятками в бока, чтобы она шустрее нагоняла обоз.
Двигаясь вперёд, про себя начал отсчитывать секунды. Хотел убедиться, соблюдают ли здесь нормативы. И был приятно удивлён, когда ворота начали закрываться за три секунды до положенного срока. Причём все успели въехать, а это значит и обозники привыкли к подобной скорости. Что ж, это радует. Ведь именно на подобных мелочах можно определить, насколько подготовлен гарнизон.
— Господин капитан! Лейтенант Баньку, заместитель командира дозорной башни. — едва за спиной закрылись ворота, как перед мордой лошади возник бравого вида офицер. Мне одного взгляда хватило, чтобы понять — сработаемся.
— Капитан Варда. — я подал офицеру руку, давая понять, что предпочитаю общаться с подчинёнными по простому.
— Вижу вы к нам, на замену командира? — по лицу лейтенанта проскользнула мимолетное облегчение. — Вовремя, господин майор с середины ночи не приходит в себя.
— Потерял сознание? — насторожился я.
— Так точно. Последствия крайнего наката. Три дня назад, он тогда сорвался с четвертого яруса.
— В смысле сорвался? — не понял я. — Веревочная лестница не выдержала?
— Сражался с двумя матерыми крыланами, и неудачно перевалился через перила. Так говорят солдаты, видевшие падение. Я в тот момент был занят.
— Почему сразу не отправили командира в тыл? — задал я еще один сам собой напрашивающийся вопрос. — Какой у него круг?
— Четвёртый, господин капитан. Командир посчитал, что сможет восстановиться перед транспортировкой. А вчера вечером, когда ему стало хуже, шаман с двумя воинами отправились за лекарем. В крепость на семнадцатом километре, во второй линии.
— Веди меня к нему. — приказал я, и коротко бросил Шупаке: — Держись рядом.
— Слушаюсь, командира! — закивал младший шаман.
Майор находился на втором ярусе, в лазарете. Укрытый одеялом по шею, он лежал неподвижно, уставившись в потолок, и шевелил бледными, обескровленными губами.
Мне слишком часто приходилось видеть смерть, чтобы понять — не жилец. Более того, теперь уже бывшему командиру крепости оставались считанные часы.
— Господин майор очнулся. — сообщил боец, сидевший у изголовья. — Но говорит что-то непонятное.