Чужеродная магия была очень непростой. С первого взгляда ничего в ауре нашей пары не выдавало вторжения чужеродной силы, но сейчас силовая удавка на тонкой шее Нинель была отчётливо заметна, и от моего вмешательства девушке стало намного хуже. Магия вошла в конфликт с чужим колдовством, и это убивало Нину.
Тонкая спина афари выгнулась от боли, лицо посинело от нехватки воздуха. Нинель расцарапала шею до крови, пытаясь ослабить невидимую невооружённым глазом петлю, но та давила всё сильнее. Это происходило слишком быстро, а я просто не знал, как помочь любимой, и от собственного бессилия меня накрыло сильнейшим страхом, который доводилось испытывать в жизни.
В пылу паники из-за угрозы жизни нашей пары, мой разум захватил дракон. В себя пришёл в разрушенной гостиной, в кольце моих рук лежала Нинель. Не знаю, что сделал зверь, но проклятая энергетическая удавка отступила.
– Что здесь происходит? Эш, ты что сотворил с нашей афар-ри?! – злобно прорычал Шайн, вошедший в разгромленное помещение как раз в тот момент, когда я помогал сесть тяжело дышавшей Нинель.
– Это не он. Всё из-за меня, – прохрипела красавица, жестом останавливая ринувшегося на меня брата.
– Эшер, я требую немедленных объяснений, – заявил мой близнец, отнимая у меня Нину.
Было видно, что брат просто в шоке от того, что видит. Из глубоких царапин на шее Нинель текла кровь, половина первого этажа в руинах, я без одежды после спонтанного оборота – со стороны картина и правда была та ещё.
– Я всё сама… – начала Нинель, но я резко перебил её, почувствовав, что инородная магия в теле жены снова зашевелилась. Почти незаметно, но теперь я знал, на что смотреть. Чужое подлое колдовство никуда не исчезло.
– Нет! Ни единого слова о произошедшем. Я сам позже расскажу всё Шайну. Пойдём наверх. Нужно обработать ссадины и собрать вещи. Как только тебе станет лучше, мы улетим, – распорядился я.
Брат по-прежнему смотрел на меня с недоверием, но спорить не стал. Он подхватил на руки Нинель и пошёл к лестнице.
Через некоторое время Нина, утомлённая произошедшим, уснула в нашей постели, а я жестом показал Шайну, что нужно выйти и всё обсудить.
– Почему нельзя было поговорить в спальне? – раздражённо спросил брат.
Было заметно, что он до сих пор не успокоился после увиденного. Если честно, то я и сам был на взводе. Отойти от Нинель даже на сто метров было невыносимо сложно, но необходимо. Для надёжности, я накрыл нас с братом защитным пологом, чтобы не спровоцировать новый приступ у афари. Мой рассказ не занял много времени, но под конец повествования Шайн тоже едва не обернулся.