— Заходи.
Несмело толкнула дверь, вошла в скромную как по размерам, так и по обстановке спальню, где перед Нортом, пошатываясь стоял некромант, а в довольно просторной постели лежали без движения две женщины, укрытые по шею.
— Знаешь, что самое забавное? — поинтересовался Норт, улыбнувшись мне.
— Что же? — меня лично в данный момент откровенно поразил тот факт, что этот… этот… жуткого вида лорд, еще и изменял своей жене, привороженной столь чудовищным способом.
— Вот у этой, — Норт указал на лежащую справа женщину, — очень очаровательное заболевание. Заразное. Пожалуй, я предупрежу леди Дакрэш о нем.
Усмехнулся, затем спросил у меня:
— Конкретно о каком камне идет речь?
— Мне нужен камень, использованный им для ритуала приворота.
Норт повернулся к изуродованному шрамами некроманту и произнес:
— Ты слышал. Где камень?
Лорд Дакрэш вдруг зарычал, сгорбился, после вытянулся как по струнке, и я внезапно поняла — вытянулся не сам, это Норт, Норт который взял под контроль его пытающееся снять оковы управления тело.
— Где камень? — повторно задал вопрос Дастел.
Некромант захрипел, дернулся, и хрипло спросил:
— Какой?
Выглядел он сейчас едва ли лучше умертвия, но я нашла в себе силы подойти, встать рядом с Дастелом и объяснить:
— Камень, отмеченный давней смертью, тот, что вы нашли на перекрестке торгового тракта и использовали для ритуала приворота.
Ответом мне был рык, который Норт пресек всего одним словом:
— Отвечай.
Лорд Дакрэш отвечать явно не желал, не хотел, не собирался, но его тело… Правая рука, которую попыталась было перехватить левая, рванула ворот рубашки, открывая медальон, судя по размеру и форме явно содержащий тот самый камень.
— Вы его с собой носите? — изумилась я.
— Видимо, не пожелал, чтобы после смерти умертвие любимой жены таскалось за ним, — хмыкнул Норт.
Я тогда не поняла, что Норт имел ввиду, лишь позже, когда мы вернулись обратно в лабораторию, связав путами пытающегося снять оковы подчинения лорда Дакрэша, прочла — избавиться от привороженного умертвия, а приворот сохранялся и после смерти объекта, можно было связав его энергетически с камнем, который помещался в могилу.
Прочтя это, я несколько секунд сидела, глядя на медальон, в котором был заточен собственно камень.
Подошел Ташши, сел рядом, крутанув стул и оседлав его задом наперед, посмотрел на меня, тихо спросил:
— Все хорошо?
— Это все настолько чудовищно, что просто в голове не укладывается, — прошептала я.
— Знаешь, проблема вероятно в том, что столь часто сталкиваясь со смертью, некроманты перестают ценить чужую жизнь, — Ташши протянул руку, коснулся моей ладони. — Не грусти, несмотря ни на что, таких как Дакрэш единицы даже среди нас.