— А завтра у нас…
— Инициация. Детка, ты не заболела? Завтра ты получил свою магию. И нужно быть отдохнувшей.
— Магию… — Эхом откликнулась я. — Пап… мне надо тебе кое в чем признаться.
И тут в толпе я увидела Дмитрия. На миг наши взгляды встретились, и мне показалось — лишь на миг — что он, в отличие от остальных, прекрасно понял причину моего волнения.
Я бросилась за ним, но толпа, хлынувшая из очередного приземлившегося дракона, меня оттеснила. А когда я пробилась к выходу, никого, похожего на случайного соседа-писателя, уже не было видно.
Зато стало видно город.
С парящими над ним драконами. С висящими над головами прохожих огнями, служившими источниками света в типичный питерский пасмурный день. С причудливо и немного вычурно одетыми в роскошные платья женщинами и в расшитые серебром камзолы мужчинами.
Я смотрела на знакомые улицы и узнавала лишь очертания: они превратились в место проявления самых разнообразных форм магии. Лениво лежали на набережной кошки, сотканные из тьмы и тумана. Порхали по веткам деревьев покрытые инеем, птицы. Пестрели огоньками, вспышками и волшебством витрины лавочек и кондитерских.
Я словно оказалась посреди декораций к фэнтези-фильму. Но ни камер, ни режиссера в специально подписанном кресле, видно не было.
Рядом со мной остановился растерянный папа. Кажется, он думал о том же — что я сошла с ума. Но я при всем желании не смогла бы ничего ему внятно сейчас объяснить. Я лишь пыталась поверить собственным глазам и осознать: что бы ни произошло, сошла ли я с ума или всю жизнь провела в фантазиях, а теперь прозрела, мир вокруг стал совершенно другим.
— Да что они с Питером сделали, сволочи⁈ — вырвалось у меня.
Хотя кто такие «они», я не имела ни малейшего понятия.
— Ярина? — Следом за мной вышел папа. — Ты в порядке? Что-то ты мне не нравишься. Надеюсь, ты не заболела? Плохая была идея — отправлять тебя к бабушке перед самой инициацией. Я надеялся, ты отвлечешься от дурных мыслей и страхов. Но, похоже, только сделал хуже.
— К бабушке? У нас на Кубе живет бабушка?
Я бы не забыла кубинских родственников. Да я бы летала к ним на каждые каникулы, будь это так!
— Понятия не имею, что такое Куба, — ответил отец. — Но чувствую, что назрела необходимость поговорить. Может, пройдемся до дома пешком? А сэкономленные деньги тайком от мамы потратим на штрудель с мороженым?
Что ж, папа все еще сладкоежка — и это пока единственный оплот стабильности в жизни.
— Пешком в Кудрово? — хмыкнула я.
Понятия не имею, как аэропорт оказался на том месте, где раньше был вокзал, я вообще перестала что-либо понимать, но знаю, что до дома нам идти пешком из центра дня три, не меньше.