И как же хорошо, что Хина, конечно, та ещё Язва, но она вообще-то крайне умная зараза, а ещё очень любит подобные вот задачки на сообразительность, а потому ей не составило труда самой придумать подходящий ответ… В который, разумеется, не входило появление в помещении прямо из тени под ногами бандита смуглокожей красотки с парой кинжалов в руках.
— Хм… В подобной ситуации золоторукому следовало бы по полной воспользоваться моментом замешательства трусливого негодяя, а также попробовать лишить его оружия, ну или хотя бы перевести огонь на себя, коль во главу угла ставилась ещё и защита молодой и глупой госпожи… — задумалась Хина. — И, полагаю, негодяй бы мог чисто из страха выстрелить, но у него этого не получилось… Не получилось же?
— Не получилось, кое-какое лезвие оказалось быстрее… — согласился я, и таким нехитрым образом, направил размышления Язвы в нужном направлении, как итог, благополучно выкрутившись.
Я молодец!
Однако не успел я толком выдохнуть, когда меня вновь умудрились поставить в небольшой тупик, ибо Хина, по всей видимости, подошла к главному. О чём вновь намекало начавшееся шевеление её хвоста под одеждой, а также весьма красноречивый взгляд и необычное выражение лица — напряженное такое. Ей было явно просто очень, ну реально очень-очень интересно узнать, какого это, впервые убить, причём сразу многих…
И вот что мне на подобное ответить, а?
«Спроси что попроще, ибо нам было что вчера, что сейчас, абсолютно плевать на жизни этих бандитов. И испытывали мы при их умерщвлении ровным счётом ни хрена.» — совсем не помог мне с поиском ответа мозг, ибо с моим послужным списком смерть подобных кадров — это такая мелочь, о которой и говорить-то особо нечего.
Так что мне пришлось серьёзно так задуматься над своими следующими словами, благо, что меня не торопили, видимо, посчитав, что на подобное и правда должно быть сложно ответить сходу.
«Хм, а ведь нас спросили именно о первом убийстве…» — подумалось мне.
И правда… А когда я убил именно впервые?
«Тогда, когда не смог, ещё будучи в башне старого ублюдка, справиться со спасением той селянки, которой эта скотина вскрыл брюхо, сказав: лечи?» — возник у меня в голове закономерный вопрос.
Нет, это явно не было убийством, я просто не справился со спасением пациента, мне не хватило навыков, но именно тогда на моём личном кладбище целителя появилась первая могила.
«А когда тогда на уже кладбище разумных врагов у нас образовалась аналогичная первая могила?» — возник второй закономерный вопрос, а за ним и воспоминания о том, как в переполненный после битвы тыловой госпиталь посреди ночи ворвались чёртовы орки.