— О, опять дисциплинарная гончая на кого-то накинулась…
— Да это же Мария Флейми!
— А, ну тогда всё ясно, тут к гадалке не ходи, эта дикая опять что-то отчебучила, благополучно накликав на себя гончую…
— И я видела что — она напала на Анну Библи!
— Эм, серьезно? Она что, окончательно тронулась рассудком? А то кто же в здравом уме полезет на представительницу библиотекарей, так тем более ещё и эту?
— Да не на Библи, а, как обычно, на Винтер! Я тоже всё видела, причём от и до… Мария умудрилась промазать своей техникой, из-за чего та чуть и не угодила прямо в Библи! Но ту успел прикрыть этот её калека-подопечный, что ещё брат гончей… Он, оказывается, барьерщик!
— Какой ещё «калека-подопечный»? И в смысле «брат гончей»? У этой мелкой есть брат?
— Ну да — вон тот на костылях. Это сам Генри Рихт — призрачный отличник, который, оказывается, и правда существует не только в виде первой строчки в списке лучших учеников выпускного класса, на которой его, кстати, сейчас нет… Но не суть важно, короче, ему за непонятно какие заслуги было выдано покровительство от рода Библи!
— Неожиданно… Погоди, а разве гончая не из слуг опальных Хили? Получается, и её брат тоже из них, разве нет? Причём тут вообще Библи? Они разве позволили бы себе подобные сомнительные связи? Да и что-то я не вижу у этого Генри Рихта на груди их отличительного знака…
— В этом и вся соль, из-за которого сегодня младший наследник главной ветви Штормаеров обжёгся, Рихт значок почему-то не прицепил! Поговаривают, что специально… Как и говорят, что покровительство он получил из-за весьма близких отношений с Анной Библи, дескать — они любовники!
— Любовники? Что за вздор? Подобный безродный задохлик и целая Библи? Нет, тут явно что-то другое…
— Ага, согласна, глупости молвят, и тут определённо что-то иное, но вот что?..
М-да, как я и думал, слухи в нашей школе распространяются очень и очень быстро, так ещё, как и положено слухам, быстро обрастают дополнительными подробностями…
— Чаще, чем хотелось бы, но реже, чем могло бы быть, если бы я порой её не одёргивала, — тем временем подтвердила мои выводы относительно её подруги голубоволосая красавица. — Мария из тех людей, что вначале делает, причём, чаще всего на эмоциях, и лишь потом думает, из-за чего нередко создаёт ситуации подобного рода. В силу чего мы с ней являемся частыми гостями в дисциплинарном кабинете, — просветили меня. — Правда, это, пожалуй, будет впервые, когда её туда приведут аж в наручниках… Кажется, твоя сестра приняла очень близко к сердцу то, что ты мог пострадать, — заметила она очевидное, переведя на меня взгляд своих безмятежных голубых глаз, на что мне только и оставалось, что вежливо улыбнуться, да плечами пожать. — Так тут ещё и целая Анна Библи оказалась замешана, которая, как я слышала, является твоей покровительницей… Так что в этот раз Мария явно умудрилась попасть, как никогда ранее, — заключила Винтер, покачав головой, а затем добавив: — Надеюсь, это станет для неё хорошим уроком… — и, может, по спокойному и чуть ли не бесцветному тону девушки могло показаться иначе, но она явно и правда на это надеялась.