Местность вокруг снова приняла привычный вид: здания и торговые лавки заняли свои обычные места, а лестницы превратились в улицы. Поэтому, немного пропетляв, Сая вышла на небольшую площадь перед Ареной и увидела, что она тут не одна. Чуть вдалеке, прислонившись спиной к зданию торговой лавки, сидела девушка с короткой черной прической в кожаной куртке с рукавами, украшенными бисером. Она также не сводила глаз с врат Арены.
Несколько птицеподобных, похожих на страусов-переростков Игроков сидели на крыше другого здания и тоже ожидали кого-то из своих, негромко переговариваясь между собой певучими голосами. Тяжелораненый аспараи, кое-как замотав большую рану на боку, и, выпив пузырек регенерации, улегся на выходе из переулка, шумно дыша. Возможно, был не в силах идти дальше, а, быть может, так же ждал кого-то. Похоже, поздно закончил свой поединок, или его бой не понравился Господину — вот ему и не досталось милости в виде излечения.
Если присмотреться, вдали виднелись еще Игроки, и все они напряженно смотрели на врата Арены. Оказавшись среди всех этих надеющихся, Сай стало легче: она не одна в своем ожидании.
«Только бы он был жив!» — эта мысль отчаянно билась в голове. Пусть раненый, пусть искалеченный в бою, но живой. Раны пройдут, тело восстановится, а если надо, она будет кормить из ложечки и выносить из-под него судно. Главное, чтобы он был жив и вернулся к ней. Даже если он опять не примет ее любви, она согласна быть ему просто другом. Пусть и дальше тоскует по своей Эйрен, главное, чтобы он вернулся!
Саймира гнала темные мысли о том, что может быть по-другому, но они, как однажды брошенный бумеранг, возвращались к ней снова и снова. Время шло, из врат Арены выполз один из Игроков, похожий на сухопутного осьминога. Он весь был покрыт зеленой кровью и с трудом тащил нижние щупальца. К нему никто не подошел, и, пролежав какое-то время, выживший счастливчик медленно взлетел и направился к торговым рядам. Несмотря на ситуацию, Саймира почувствовала легкий укол любопытства — бехолдеры были редкими участниками Игры Господина.
Спустя мгновение, а, может быть, вечность, из заветного проема появился хрупкий силуэт. Тут же с противоположного конца площади к нему направилась пара маасари. Встретившись с новоприбывшим на середине пути, они возбужденно о чем-то стрекотали, но, как ни странно, спустя какое-то время, расстались и отправились в разные стороны.
Вновь посмотрев на врата, девушка увидела, что они по-прежнему открыты, а, значит, жива и надежда.
Усталые от напряженного вглядывания в одну точку глаза слипались. Мир казался нереально одноцветным, плоским…