Она на краткий миг замерла, решая, что делать, и вспоминая план города. Возле врат вовсю полыхают огни пожаров: там повеселился Саяр вместе со своими костлявыми друзьями. С западной стороны, возле резиденции Хранителей веры, слышались какие-то вопли; туда, пожалуй, идти тоже не стоит после того, как там побывала Лаэта: она терпеть не могла эту тварь, больную на всю голову. Хм, куда же пойти? Приказов, обязательных для исполнения, больше нет: резиденцию Хранителей веры она зачистила. Танаша невольно улыбнулась, вспоминая глаза главного инквизитора, когда она ему взрезала грудь и вырвала сердце.
Так, на западе расположены торговые кварталы, они немного вдалеке от направления основного удара. Есть смысл бежать туда, пока Саравати будет возиться возле банка Святого престола на площади. Приняв решение, Танаша перешла на бег. Тяжелый мешок с награбленным добром ей нисколько не мешал: если ей было надо, она и грузовую лошадь вместе с вьючной поклажей могла утащить на своих, казалось бы, хрупких девичьих плечах.
Нестерпимо яркая вспышка света застала ее уже возле торгового квартала, заставив ничком броситься на землю и прикрыть глаза. Из центрального собора, там, куда ушел Хозяин, бил поток яркого света, разгоняющий тьму над городом. Танаша буквально сердцем почувствовала боль Хозяина, попавшего под удар. Потом, спустя краткий миг, это чувство пропало, и сначала Танаша испугалась, что Шепчущий погиб, но, взглянув на метку на своей руке, которая не пропала, поняла, что наг жив: просто сбежал из этого мира, не отозвав своих слуг. А что же ей теперь делать?
Опытная убийца растерянно оглянулась по сторонам, когда услышала плач ребенка за углом разрушенного дома. Еще не зная, что она сделает, направилась на звук. Завернув за угол, она увидела лежащую на земле раненую женщину, а рядом с ней — девочку лет шести, зовущую на помощь.
Улицы были пусты, а дома сильно разрушены: видимо, сюда ударило одно из заклинаний личей и женщину ранило обломками. В нескольких шагах от них она увидела костяного солдата, непонятно как забредшего сюда. От его костей шел пар: казалось, скелет вот-вот развалится. Но несмотря ни на что, мертвый солдат стремился выполнить полученный приказ: убивать все живое вокруг. Пошатываясь, он шел к раненой женщине с ребенком, поднимая для удара короткий меч. Женщина не в силах была бежать и из последних сил пыталась оттолкнуть дочь, крича ей, чтобы убегала, а та, вцепившись в мать, не хотела ее отпускать.
Больше всего Танаша не любила бессмысленные смерти: она сама пролила немало крови, и ее руки отняли немало жизней; но убивать вот так — запросто, бессмысленно и беспощадно?.. Ведь в этом мире уже нет Хозяина, эти смерти уже бесполезны! Она смотрела на мать и дитя, таких беспомощных в своей любви друг к другу; девочка так похожа на ее малышку!