Я злобно сматерился и, уже больше не скрываясь, проорал:
— Эй, как там тебя, мы уходим, если хочешь жить, идём с нами!
Выстрела я уже почти не опасался, за то время пока мы возились с этой здоровенной амёбой, если бы девушка захотела, могла бы застрелить нас уже десяток раз.
— Ты слышишь меня?
Ничего, никакого ответа.
— Ну и чёрт с тобой, — зло сплюнул я, — каждый сам выбирает свою судьбу. Тузик, ты чего уставился на меня своими окулярами? Подними меч и, давай, поехали, надо двигаться.
Происшествие с пропавшей девушкой и испорченными продуктами слегка выбило меня из колеи: на счёт девушки я не знал, что и думать. Очнулась в первый раз за долгое время не связанной и не лежащей в какой-то дыре на земле, не раздумывая сбежала, прихватив с собой Калаш с девятью десятками дефицитных патронов? И сделать тут было уже нечего, разве что только ко всему прочему ещё опасаться одного игрока с автоматом. А вот интерес некоторых монстров к продуктам питания взволновал меня больше… Раньше все порождения игры интересовались только одной пищей: двуногой, орущей и сопротивляющейся. С одной стороны, такая смена приоритетов меня бы вполне устроила, вот только сомневаюсь, что охота на игроков будет отменена и теперь, просто, нам будет грозить ещё один вид смерти: от голода. Если подобные твари расползутся во все стороны и зачистят все склады и магазины, нам придётся тяжко. На подножном корме долго не протянешь. В средней полосе России в это время ни грибов толком нету, ни орехов. Остаётся разве что сныть да крапиву собирать, да похлёбку из них варить, но долго ли на одной траве пробегаешь? Так что к остальным первоочередным делам придётся добавить мародерство: везде, где можно искать продукты и воду. И заняться этим надо будет не откладывая.
Мы сошли с дороги, не доходя до развязки, перебираясь на обочину. Телега жалобно заскрипела на спуске, сильно накренилась на расшатавшихся колёсах и зашелестела травой, покачиваясь на ухабах. Тузик, благодаря новый ходовой, шелестел гусеницами бодро и практически бесшумно, не сильно выдавая своим лязгом наш отряд, но всё равно, чем ближе мы подходили к трассе, тем всё более стрёмно нам становилось двигаться. Впрочем, ничего особо страшного не произошло. Река ожившей плоти не потекла в нашу сторону, десятки порождённых ей монстров не пришли по нашу душу и даже стаи птиц, замеченных мной ранее, куда-то исчезли, а небо сияло непередаваемой синевой. Возможно, так происходило, потому что из-за насыпи мы не попадали в поле зрения местного босса, но скоро она закончится, вот тогда и посмотрим, как на нас будут реагировать.