Еще есть один момент, который я даже не знаю, как решить. Кир довольно полезный парень, и изначально я собирался взять его с собой. Вот только с каждым днем всё чётче осознаю, что так было бы неправильно.
— Закончил? — в комнату зашел мой переговорщик, и утвердительно кивнул.
— Да, господин. Люди готовы, вот только… Вы уверены, что именно такой знак должен послужить сигналом к началу действия?
— Уверен, — кивнул. А что? Знак оригинальный, его ни с чем не спутаешь. И люди точно поймут, что пора, как только его увидят. — У меня к тебе есть еще один вопрос.
— Слушаю, господин, — я указал ему на стул и он присел напротив меня.
— Расскажи мне, откуда ты и как оказался здесь, — посмотрел на него, а тот попытался улыбнуться, но вышло так себе.
— Ой, господин, это слишком скучная история, — махнул парень рукой. — Не хочу сидеть тут и заставлять вас зевать своими унылыми рассказами, — он посмотрел на мой рот и понял, что зевать я точно не буду. Всё же рта у меня сейчас нет. — Я не это хотел сказать…
— Мне плевать, рассказывай! — тон мой стал требовательный, и Кир понял, что выбора у него нет.
А так как у нас ментальная связь, он понимает, что соврать не получится. И пусть ворошить прошлое он совершенно не хотел, видно, что эти воспоминания отзываются болью в его сердце, но я всё равно продолжил требовать подробностей. Нужно было понять, отпустить его сейчас, или же взять к себе на службу.
— Я из города Гарен, и попал в рабство недавно. Мы с сестрой после смерти отца устроились на его прежнее место работы. Так что служили в доме одного богатого купца, я работал дворецким, а сестра убиралась в комнатах по мере возможностей, — вздохнул он. — Но в какой-то момент между моим прежним господином и его соседом возникла стычка, в ходе которой в особняк ворвались воины…
История, и правда, вполне себе рядовая, за исключением того, что во время захвата особняка Киру пришлось защищать свою сестру. Она понравилась одному из воинов, и прежде, чем тот успел утащить ее в отдельную комнату, парень заколол его в спину.
Соседи в итоге помирились, подобные стычки происходили уже не раз. Вот только Кир уже убил воина, и ему пришлось расплатиться своей свободой за этот проступок. Бывший наниматель сам отдал его в качестве раба, потом парня перепродали, и так он оказался на рынке.
— То есть, ты в рабах уже пару месяцев? — уточнил я.
— Нет, примерно полгода, — вздохнул тот. — Меня уже покупали, но потом та семья, когда в городе стало неспокойно, распродала все свое имущество, и меня в том числе. Так что вы мой, можно сказать, второй владелец.