Я уже развернулся, чтобы уйти, но он вылетел из клетки и приземлился мне на плечо.
— Поздравляю, человек! Теперь ты пират! И всё благодаря Кеше!
— При чём тут пират? — вздохнул я.
— Не знаю, что за пират. Но дети, когда хотели меня купить, кричали родителям: «Мам, пап, купите попугая! Я буду как пират!»
— Кеша, — прервал я его. — Пропади в ужасе. Ты свободен.
— Человек использовал Кешу? — обиженно спросил он.
— Да!
— Понятно.
Он слетел с моего плеча и понуро поплёлся по земле. Давил на жалость. Рассказывал, что его теперь каждый голубь запинает, что у него нет авторитета, нет человека…
Я не выдержал. Присел, коснулся его и влил крошечную толику своей силы.
Укрепил ему костную структуру. Изменил состав кератина в клюве так, что он теперь мог крошить кирпичи. И даже добавил пару рефлекторных нейронных связок для уклонения.
Эта простенькая манипуляция выжала меня почти досуха. Да, я всё ещё мог творить чудеса, но цена за них стала непомерно высокой.
Напоследок я временно парализовал лётные мышцы попугая. Чтобы не увязался следом.
— Теперь ты сможешь за себя постоять. Удачи.
Я развернулся и быстрым шагом пошёл прочь. Он ковылял за мной, неуклюже подпрыгивая. Отчаянно хлопал крыльями и выкрикивал проклятия. Но я был быстрее.
Наконец, я добрался до большой дороги, остановил первую попавшуюся повозку-такси — дребезжащую коробку на колёсах — и назвал адрес.
Кеша поведал мне много интересного. И теперь я знал, куда мне нужно направляться. По крайней мере, на первое время. Нужно было затаиться. Переварить информацию. И составить новый план.
Я направлялся в спальный район. Тихий, скучный, притулившийся прямо у огромной городской стены. По совету говорящей птицы — лучшее место, чтобы затаиться. Рядом — трущобы, а значит, никому не будет до меня дела.
Когда я летел сюда на Вестфале, то видел эти стены. Сначала подумал, что они нужны, чтобы люди не разбегались из этого человеческого муравейника.
Но оказалось — всё наоборот. Стены защищали их от того, что могло прийти извне.
Снаружи, в Диких Землях, творился форменный ад. Твари постоянно мутировали, плодились и ломились в город пожрать. А местный правитель, судя по всему, вместо того, чтобы собрать армию и устроить тотальную зачистку, предпочитал отсиживаться за стеной.
Ну, или просто не хотел тратить на это деньги. Знакомая история.
Пока дребезжащая повозка тащилась по улицам, а водитель что-то бубнил себе под нос, я смотрел в окно, жадно впитывая детали. И чем больше я видел, тем больше убеждался: Пандора была права. Этот мир — весёлый.
Вот, например, мимо нас проплыла какая-то аристократка. Сразу видно — птица высокого полёта. Высокомерный взгляд, дорогие шмотки, и два пуделя на поводках. С виду — милейшие создания. Белые, пушистые, с глупыми бантиками.