Тут начальник гвардии, подошедший следом, кашлянул.
— Прошу прощения, госпожа, тут информация поступила, к нам приехали специалисты, которых мы вызывали.
Агнесса кивнула, но взгляда с меня не сводила.
— Виктор, я бы хотела продолжить этот разговор. С вашего позволения, я заеду чуть позже.
Когда они ушли, я повернулся к Валерии.
— Что я в этот раз не так сказал?
— Я же говорила, что у него редкие заболевания, — вздохнула она. — Он мне сам рассказывал. И он неизлечим.
— Пф-ф-ф, неизлечим… — фыркнул я. — Сколько же в этом месте криворуких людей, однако. Да что его там лечить…
— То есть, Вик, ты бы смог его спокойно вылечить?
— Ну, не спокойно бы, но смог. Да, я сейчас не на том уровне силы, чтобы такое провернуть одной магией. Но это всё можно спокойно заместить таблетками, мазями, микстурами, зельями, да хоть особыми компрессами…
— А хоть где-то такое продаётся? — с надеждой спросила Валерия.
— В моём будущем магазине, — усмехнулся я. — Когда я наконец-то сделаю лабораторию.
Я смотрел в окно, за которым скрылся их бронированный автомобиль, и в голове уже роились идеи.
Этот мир — настоящая сокровищница. У меня тут под рукой нетронутый материал в избытке: каждая тварь, каждая мутация может сгодиться в новый ингредиент.
Из костей и желез легко гнать заживляющие порошки и обезболивающие, а кровь существ с врождённой регенерацией — это вообще основа для эликсиров, которые поднимут на ноги тех, у кого уже отказывают органы.
Линейка препаратов как у нормальной фармы — от простых мазей от ушибов до сывороток против всего, что местные «светила» давно списали в неизлечимое.
А впереди — настоящая революция. Двигателем стану я, нужно только время и приличная лаборатория.
Ветеринарная клиника «Добрый Доктор»
Петербург, Российская Империя
Агнесса откинулась на спинку сиденья и смежила веки. Система очистки воздуха тихо гудела, перегоняя по салону приятный холодок.
Водитель не произносил ни слова, сосредоточившись на дороге. Багратион устроился в заднем отсеке фургона и ровно дышал во сне — впервые за многие недели животное по-настоящему расслабилось. Агнесса пыталась привести мысли в порядок.
— Макар, скажи честно, как тебе Виктор? — наконец спросила она, не поднимая век.
Водитель слегка притормозил перед светофором, обдумывая ответ.
— Он силён, госпожа. Его зрение поражает. Я ощущаю это чутьём Одарённого. Парень читает энергетические потоки и замечает структурные повреждения именно так, как работают профильные диагносты. Скорее всего, проблему вашего брата он выявил таким же образом. Однако диагностика и лечение требуют совершенно разных навыков. Вытягивать больных уровня Михаила способны лишь единицы.