Когда был уничтожен последний сердцевик, связь с остатками роя резко оборвалась. Всё, теперь он сам по себе. Мелкие корабли ксорхов ещё натворят бед, но уже ничего серьёзного сделать не могут.
Уверен, прямо сейчас пираты начнут праздновать, несмотря на огромные трёхсотметровые врата на спутнике. Пусть. С семнадцатью дырами в орбитальной обороне и без двенадцати линкоров праздновать им придётся недолго.
И тут раздался голос. Не Эхо. Тот молчал, словно его током шибануло. Говорил другой. Тот самый, от которого хотелось одновременно бежать и слушать.
«Твой флот уничтожен, потерявшийся».
Потерявшийся? Я? Или Эхо? Скорее всего он. Его потеряли и хотели вернуть. Забавно.
«Так иногда бывает», — мысленно ответил я. — «Что дальше?»
«Ничего. Теперь мы знаем твои возможности. Твои пределы».
«Рад, что развлёк», — ответил я. — «Кто ты? Почему называешь меня потерявшимся? С чего ты взял, что я потерялся?»
Возникла долгая пауза, но вечно она не длилась.
«Ты не готов принять знание. Продолжай развиваться. Совершенствуйся. Когда придёт время и ты будешь готов, знание придёт само. Сейчас мы уходим. Нет смысла тебя искать. Ты будешь искать нас сам».
Эти мысли прозвучали и исчезли. Вместе с голосом. Вот так, без прощаний и реверансов. В голове стало тихо. Даже слишком тихо. Сердцевиков нет, голоса нет, Эхо молчит. Только я, тесная каморка внутри корабля предтеч и затёкшие от неудобной позы ноги.
«Эхо», — позвал я. — «Ты там живой вообще?»
«Функционал стабилен», — ответил мой внутренний голос. — « Необходимо время на анализ. Всё, что произошло, алогично. Такого не должно быть. Я не понимаю. Мне нужно время».
«Живой и ладно», — ответил я. — «Потом поговорим».
Выбираться из обломков оказалось не так просто, как я думал. Из-за того, что на корабль прибыло несколько человек в тяжёлой броне, он деформировался. Коридоры, по которым я полз сюда, сместились. Один из проходов завалило. Пришлось резать стену боевым мечом, протискиваться через дыру, снова резать, снова протискиваться. Минут тридцать я возился, выбираясь из этого проклятого склепа, рассчитанного на существ раза в полтора мельче человека в полной боевой броне. И когда, наконец, выполз на поверхность и разогнулся, первой мыслью было: «О как!»
В сотне метров от обломков «Малыши» разбили лагерь. Нормальный такой лагерь — герметичный бокс, оборудование, антенна связи, которую Рорк, судя по характерным следам изоленты, собрал из чего попало. Неподалёку стоял фрегат с опущенной аппарелью. Всё выглядело так, словно «Малыши» собрались стоять здесь лагерем несколько дней, если не недель.