Военный транспорт пришвартовался к причалу номер семнадцать. Одному из сотен доков, опоясывающих третью орбитальную станцию Инвикты-Прайм. Центральная планета Соларионов значилась закрытой, и просто так туда было не попасть. Мне заранее провели краткий инструктаж относительно того, что меня ждёт, так что я знал: задержусь здесь надолго.
Вначале досмотр. После дезинфекция. Затем сканирование. Если потребуется, новая дезинфекция и новое сканирование. И так до тех пор, пока автоматические системы не признают меня достаточно очищенным, для того чтобы спуститься на поверхность. Туда, куда мечтали попасть сотни триллионов жителей Империи Тирис.
— Снимите одежду, — произнёс техник, указывая на кабину. — Всю, включая нижнее бельё. Вещи будут храниться на станции до вашего возвращения. Артефакты предтеч разрешены, но, если вы решитесь взять их, они должны пройти отдельную обработку. Потом их доставят на планету.
Я разделся. Вычищенный до блеска «Призрак-4» застыл мёртвым истуканом. Рядом с ним в специальном ящике поместился чёрный военный комбинезон. За последние месяцы он стал для меня второй кожей, и я даже не представлял иной одежды. «Призрак-4», чёрный комбинезон, вот и всё моё облачение. К хорошему быстро привыкаешь.
Подумав, я положил рукоять боевого меча и превратившийся в стальной куб контейнер на специальную подставку. Она тут же уехала, отправив мои вещи на отдельную обработку. Это моё, и отказывать себе в удовольствии ходить со своим я не собирался. Тем более что Эхо молчал уже вторые сутки. Уходя в глубокий стазис, он предупредил:
«Здесь слишком много личностных матриц, находящихся в активном поиске. Не хочу, чтобы меня засекли и поглотили. Отключаюсь до момента, как мы покинем эту планету».
Избавившись от всех предметов, я шагнул в душевую. Из сотен форсунок тут же полилась какая-то едкая пена. Начало щипать кожу, и я даже решил, что что-то пошло не так, но уверенный голос сообщил, что процедура идёт в полном соответствии с регламентами и мне необходимо несколько раз глубоко вдохнуть, чтобы пена попала внутрь носа.
Пена сменилась водой. Затем мне сделали несколько инъекций, не спрашивая на то согласия. Специальные устройства промыли желудок и кишечник. Открылись двери в комнату с анализаторами, из которой меня вернули обратно в душевую. Пена сменилась. Если раньше была белая, сейчас стала синей. Всё повторилось — кожу начало жечь, меня заверили, что всё хорошо и нужно несколько раз глубоко вдохнуть, вновь инъекции, чистка внутренних органов, комната с анализаторами, и, наконец, загорелась зелёная лампочка.