— Ну ведь вы всё равно дошли, — улыбнулся деревенский кузнец, остальные пока не вмешивались в разговор.
— Ладно, но Харгад, попросил у меня кое-что, — после этих слов брови Ардиса поползли вверх. — Он отдал мне это и сказал передать эти вещи Карму Неустрашимому, — Альрин достал из мешка странника браслет и кольцо.
— Карм Неустрашимый был главой гильдии семь с половиной тысяч лет назад, поэтому оставь эти вещи у себя, — сказал мастер-охотник. — А теперь пора тебе становиться охотником.
— Ну и где этот здоровенный свиток? — поинтересовался чародей. — Что-то я его не вижу.
— Не буду спрашивать, откуда ты это знаешь, но он не такой уж здоровенный, — последнее слово кузнец повторил по слогам.
— Обрати внимание на тот пьедестал, — указал направление Меритар. — И разверни его, после чего у тебя отпадут некоторые вопросы.
Альрин сперва не обратил внимания на пьедестал, на котором в золотых драконьих лапах покоился какой-то потрепавшийся завёрнутый в трубочку листок. Он ожидал совсем другого.
Ведь если учесть что гильдия существовала больше ста тысяч лет, то свиток должен быть размером с него или намного больше, а все имена в нём должны были быть написаны очень мелким подчерком, но всё оказалось совсем иначе.
Чародей развернул свиток, который казалось, рассыплется у него в руках, но к счастью обошлось, и увидел множество имен шедших друг под другом. Каждый писал, как хотел. Одно имя было написано раскидистым подчерком и занимало много места, два других — элегантым и очень красивым, словно кто-то много лет занимался только тем, что учился так красиво писать, большинство же ничем не выделялись.
Адепт Огня начал всё больше и больше разворачивать свиток и не заметил, как листок превратился в уже пятидесятиметровый размотанный свиток, однако он так и не желал заканчиваться. Чародей хотел найти имена своих нынешних знакомых, но это так и не получалось, наконец он оставил это занятие и взял длинный платиновый стрежень с острым наконечником, чтобы записать своё имя в самом конце списка.
— Он не пишет.
— Конечно, не пишет, — буркнул Меритар, поражаясь недальновидности адепта Огня, и больше думал, что над ним издеваются. — Посмотри на свой палец, там под кожей твои чернила.
Как он сразу не смог догадаться, ведь большая часть всех записей была красного цвета, и записать имя нужно кровью. Альрин легко дотронулся острым кончиком стрежня до безымянного пальца.
Боли совершенно не чувствовалось, а стержень испил совсем немного крови. Стараясь записать своё имя таким же элегантным подчерком, который он видел несколько выше того места, где собирался написать, Альрин как обычно несколько скорявил, на что он очень злился, но ничего не поделаешь.