Они сидели в его кабинете, напротив друг друга, рядом находился столик с вином и фруктами, но к бокалам никто и не притронулся.
Больше всего отца заинтересовало описание странного юноши.
— Белое лицо, говоришь, с синими губами. Жаль, глаза не запомнила, хотя и так понятно, — задумчиво произнес он.
— Ты знаешь, кто это? — не понял Ларкариан.
— Тебе ничего не говорит слово «Оризратум»? — поинтересовался Яволод.
Где-то встречалось, Ларкариан задумался.
— Магическое действо проникновенного призыва. Темная древняя магия.
— Все верно, — подтвердил отец. — Данный юноша, похоже, нашел то, что было давно забыто. Невозможное иногда становится возможным, — Яволод покачал головой. — Весьма способный оказался, коль смог разобраться в хитросплетениях древних магических печатей.
— Отец, поясни, в чем суть? — Ларкариан не ведал тонкостей данной магии.
— Во-первых, — начал он. — Сам человек должен быть не обычным, а погубившим свою душу. Это значит, пролил он немало человеческой крови, испытывая при этом удовольствие от чужих мук и страданий. Сам ритуал открывает доступ к глубинам древней тьмы, но не это главное, а то, для чего открывает. По всей видимости, мои догадки не так далеки от истины. Этот выродок что-то или кого-то призвал, или пробудил. Тот, кто пришел, трансформировал его, сделав своим слугой или учеником. Теперь он уже не человек, а нечто иное. Весьма редкий случай. Лишь однажды в своей жизни в древнем свитке мне попалась информация на эту тему, да и то краткое описание.
— Но как же мы не заметили возмущения магических потоков от подобного действа? — Ларкариан был обескуражен.
— Увы, — отец развел руками, — могу лишь строить догадки, но главное, данная магия пришла к нам из иной яви.
— И что теперь? — сын обескуражен словами отца.
— Попроси остальных поискать, может, где всплывет этот необычный юноша. Глаза у него должны быть желтоватыми, а зрачки больше обычного и черные. Он худой, кожа похожа на пергамент, это все что могу сказать. Вероятность найти его крайне мала, судя по тому, как все планировалось. Если бы не старуха, не знали бы мы ничего. Вот только непонятно, почему он заметал следы относительно Даниила? Возможно, сам что-то пытался про него узнать и не хотел, чтобы другие об этом проведали, — дед усмехнулся, качнув головой. — Твой сын все больше и больше обрастает тайнами. Не простого ты себе ученика нашел.
Кем бы и откуда ни был его сын, нет более никого, кто был бы ему так дорог. Судя по полученным данным, его кто-то в караване сопровождал и зачем-то прятал, но это явно были не его родители.