И случилось чудо! Я подошел и в двенадцать лет был инициирован Алкивиадом Торийским. На данный момент мне как бы тоже четырнадцать, год как дракон, и я вас тоже всех полюбил, — добавил он в конце и засмущавшись посмотрел в сторону моря.
— А уж как мы-то тебя любим! — выкрикнул Кирилл, изобразив искренние нежные чувства. Потом быстро подскочил к нему и обнял.
Ребята засмеялись.
— Получается, я последний, — взял слово Севарьян.
Он почесал затылок, поглядывая на небо, собираясь с мыслями.
— Из северного народа я, с холодной планеты Сукум.
— Ничего себе! — вырвался у Даниила удивленный возглас.
— Холод, зима, и только один месяц в году более-менее тепло, — заулыбался Сева. — Ну как тепло, — поправил он сам себя, посмотрев на удивленные взгляды ребят. — Снег немного тает, — усмехнувшись, продолжил. — У нас был локальный прорыв. В мир хлынули полчища темных тварей, и все по вине ледяных троллей. Ничего не могли им противопоставить. Бились даже дети и старики, только бессмысленно. Полегли все до единого, тварей оказалось слишком много. У меня на глазах разорвали отца, я видел, как раненая, истекающая кровью сестра умерла. Когда практически все было кончено, из ниоткуда появился гигантский, темно-красный с черными полосами дракон. Началось настоящее светопреставление.
Я забился под телегу и дрожал от страха. Земля ходила ходуном, стоял неимоверный грохот. Даже не видя, что происходит, ощущал, как сверкают гигантские разряды молний, как колеблется воздух. А потом все стихло. Но я так и продолжал там сидеть от страха, не в силах пошевелиться.
Не знаю, сколько прошло времени, но кто-то обладающий недюжей силой откинул телегу, под которой я прятался. На меня смотрел мужчина добрым, приветливым взглядом. Он протянул руку и предложил пойти с ним.
Не знаю почему, но я доверился ему, от него исходило спокойствие и могучая сила.
Как потом выяснилось, я был единственный, кто выжил. Он взял меня на руки и прижал к себе, а затем мы оказались в другом месте, в другом мире. Потом, как у всех, стал драконом. Сейчас мне тринадцать. Девять месяцев, как переродился, — закончил Сева.
Даниил лег на спину и, уставившись в небо, наблюдал за проплывающими облаками. Истории у ребят были непростые и трагические.
— Вы тут спать собрались? — раздался рядом голос Ларкариана.
Ребята тут же вскочили. Даниил подбежал к нему и обнял.
— Ты чего? — не понял отец.
Даня печально вздохнул.
— Да так, о своих прошлых жизнях рассказывали, до того, как стали учениками.
— Понятно, — Ларкариан оглядел понурые, задумчивые лица ребят. — Пошли домой, или мне из-за вас попадет.