Она, конечно, удивилась, а когда узнала, что я хочу, удивилась ещё больше. А уже через десять минут мы ехали в ближайший магазин сотового оператора.
— Я… может, не надо? Вы опозоритесь, находясь рядом со мной… — та опустила голову, когда мы вышли из машины. На Ирине было старое поношенное серое платье, что выглядело большим из-за худощавости девушки. Частично седые волосы заплетены в косу.
Учитывая, что волосы у девушки чёрные, седина сильно бросается в глаза. Впрочем, в этом даже что-то есть. Ира почти как зебра…
— Не опозоришь, но гардероб бы тебе обновить, — призадумался, глядя на девушку, но вдруг в меня врезался какой-то тип. Он думал оттолкнуть меня, но в итоге сам упал.
— Ты чего творишь, смерд⁈ — воскликнул тот, а я лениво бросил на него взгляд.
Молодой. Лет двадцать с лишним. Очевидно, что маг, причём опьянён от быстрого роста силы. Видимо, сравнительно недавно пробудил в себе магию.
Такое постоянно случается с молодыми магами. Поэтому они порой «не видят берегов», как выразился один мой знакомый.
Парень лежал на ступеньках, на которые сам же и упал, пытаясь толкнуть меня. Но вообще, мы тут как бы проход перегородили.
— Дуэль? — кинул на него ленивый взгляд.
— Дуэль! — оскалился парень и, вскочив на ноги, воспылал. Однако моя рука уже схватила его за лицо. Вот он удивился…
А пару секунд спустя вбиваний его лица в асфальт, он уже извинялся и молил о пощаде. Но извинения я предпочитаю получать деньгами. Однако этот баронишка был нищим, и тридцать тысяч — всё, что мне удалось получить.
— У вас же будут неприятности… — Ира встревоженно провожала его взглядом. Парень сел в машину и поспешил уехать.
— Чем больше врагов, тем меньше врагов и больше у меня денег, — пожал я плечами и повёл девушку внутрь. Там у дверей стоял охранник, и выглядел он хмурым, а ещё ему не нравилась Ира. — У тебя проблемы? — обратился я к мужчине, нависая над ним.
— Нет… у меня нет никаких проблем… — он отошёл в сторону, и мы спокойно прошли. Я бы мог показать удостоверение аристократа. Ну или носить одежду с гербами. Однако не делаю это принципиально. Я презираю таких людей, как он.
Ещё в детстве меня не пускали в магазины, даже чтобы лекарства купить. Я и деньги показывал, и умолял. Затаил ли я обиду? Да, затаил. А кто не затаит, если твой самый дорогой человек, единственный в мире, лежит с температурой сорок градусов, а ты не можешь помочь, потому что выглядишь как нищий?
В общем, я не злопамятный. Я просто злой, и память у меня хорошая.
Войдя внутрь салона сотовой связи, тут же привлёк внимание двух покупателей. Молодая девушка и мужчина средних лет, а также три продавца-консультанта.