Посмотрел на время в телефоне. Уже почти семь… Теперь понятно, почему так быстро темнеет. Ну ладно, поем и…
— Дим, там Максима обижают, — услышал я голос Короля и, чертыхнувшись, помчался в нужную сторону.
Полминуты спустя я прибыл к скверу, где на скамье сидел, хотя скорее был «уронен» Макс, а над ним возвышались трое крепких парней и та его «любовь».
Брюнеточка и правда была хороша. Стройная, с изящной талией, упругими ягодицами и грудью третьего размера. На лицо милашка. Но, как по мне, макияжа много.
— В ноги падай, мразь, — настаивал крепкий блондинчик, что стоял в центре. А два шатена по бокам, скрестив руки на груди, ухмылялись.
Как и девушка. Ей явно доставляло удовольствие за этим наблюдать.
— Чего мычишь? Падай давай! Ты обидел Ксюшу, — рявкнули здоровяки и, схватив Макса за плечи, сбросили на пол.
— Ты меня раздражаешь. Пялишься и пялишься! Сдохни уже! Сколько раз мне говорить тебе, что ты бесишь и не нравишься мне? А ещё фотки мои во ВКонтакте лайкаешь! Мерзость! — с отвращением на лице и в голосе, заявила она.
— Понял? А теперь ноги целуй! — блондинчик поставил одну ногу перед лицом Макса, а вторую ему на спину и стал прижимать…
— Йоу! — я подошёл, и стоило блондинчику обернуться, как его зубы разлетелись в разные стороны. Сам он перелетел через скамью и распластался на земле.
— Макс. Позвонил бы мне. Я бы вызвал Вику, она этим слабакам мигом сделала бы пипирки в три сантиметра. А ей… — кинул взгляд на Ксению, — вечные месячные.
— Ты ещё кто такой, мразь⁈ — выкрикнул парень слева и бросился на меня, покрывая кулак пламенем, но я схватил его ладонью и потушил. Запахло жаренным мясом…
— Это было больно. И ты применил магию на немага… Я имею право защищаться, — сказав это, дёрнул руку парня, которую держал за кулак, и ударил левой рукой по челюсти. Апперкот.
После чего дал серию в грудь и, схватив его голову, наклонил, одновременно с этим атакуя её коленом.
— Дима! — выкрикнул Макс, но послышался хлопок, а миг спустя мне в спину вонзился острый камень. Чувствую, как потекла кровь, но я не отвлекаюсь и мутузю здоровяка, пока не пробил барьер. А затем грудь и челюсть.
Переломав ему пару рёбер и лишив половины зубов, вытащил из спины четыре острых каменюги.
— Это было больно… — я сжал пальцы, круша каменный сталагмит. Парень же попятился назад и попытался убежать. Но, глядя на Макса, чья щека опухла, как и глаз, решил догнать.
Что и сделал… А потом вбивал его лицо в асфальт, пока не прибежала охрана и не повязала нас. В итоге мне выписали предупреждение…
На камерах, блин, видите ли, не было видно, что они делали с Максом и что говорили. Зато видно, как я подошёл сзади и первым напал.