— Эй, старик, у тебя поди и член отсох, одному немного такую бабу? — прорычал самый дерзкий боец.
— Я хочу жрать, и эта женщина должна меня накормить — прорычал в ответ старый киборг и прибавил шаг. Только по голосу я его узнала, потому что запуталась в тряпках, пока прятала лицо от придурков.
Казалось, что сама сейчас от страха сознание потеряю. Но он меня успокоил правда, своеобразно.
— Вижу ты уговорила его? Дела налаживаются? Удача на твоей стороне?
— Про удачу не знаю. Кажется, уговорила, но он сам собирался биться в этом сезоне и без моей помощи. Поставьте, я теперь могу идти.
— А мне приятно нести на руках самую красивую женщину Гиззы. Раз так, то я решил взять подработку.
— Поздравляю, какую?
— Тебя охранять, когда он всех победит, один процент от выигрыша значительно улучшит моё финансовое положение, куплю ферму и уйду на покой.
Вместо ответа начинаю смеяться до слёз. Вот именно эта непоколебимая вера в успех нашего бредового мероприятия неожиданно вселила в меня уверенность.
— Спасибо, но не могу принять такую помощь, не знаю, как всё сложится.
— Женщина, слишком много НЕ! Это плохой настрой! Заняться мне нечем, а так лишний кусок пирога перепадёт!
— Вот тут, сударь, вы правы! Это я могу, но тоже дней пять или десять, а потом медленно зажарят меня, — вспоминаю про долги мужа.
— Я же обещал, что позабочусь. Пацана твоего смогу увезти, так что верь в хорошее. Да и боец у тебя самый лучший. Только голый.
Вспоминаю огромное мускулистое тело «моего» бойца и точно, у него из одежды только штаны, широкий ремень и сандалии.
— А разве перед боем Колизей не даёт бойцам оружие? — мой бодренький голосок скатывается на стон.
— Нет в первом бою — все против всех, и там можно поживиться, всё что отбил у новичков — твоё.
— ФУ. Нет надо что-то придумать, а сколько стоит оружие? Доспехи?
— Доспех на грудь я достану, есть за городом лавка изгоев киборгов, там за пару монет можно найти хорошую вещь. А если дашь кусок пирога для хозяина, то он расстарается.
— Дамг. А меч?
— Сотню кредитов самый простенький, короткий, но прочный и острый.
— Боже, это моя выручка за два-три дня, при условии, что вообще не тратить на продукты и на воду. Что же делать?
Ромус. Имперский дворец
Гай несколько дней живёт в двух измерениях. Первое, это реальная жизнь и насущные дела империи. Второе, его тревожные, порой бесящие мысли о личных проблемах. Да кого он пытается убедить, у него нет личной жизни. Октавия чудесная женщина, весёлая, своенравная и горячая, по сути, совершенство во плоти, но она имеет слишком много родственных связей с ним, это почти грань дозволенного, ещё немного совпадений и им бы запретили вступать в брак. И где-то во вселенной снова объявилась женщина, которую он видел всего пару раз созданная под него, с такой генетической структурой, что и боги бы позавидовали.