— Ты мне очень нужен, на пасеке мужской работы полно, но самое неприятное, что мы все тут как заложники, нас не выпустят. А тебя мало кто знает, колдун скажет к кому обратиться, будешь нашим торговым представителем.
— К-кем? — кажется, я его напугала.
— Мёд продавать, и провиант для нас покупать, коня сейчас пойдём твоего забирать, да короб, спрятанный в кустах. Магия, приключения хорошо, но жить надо! Так что я умываться, а вы тут без меня не шалите, после завтрака займёмся делами!
— Слушаюсь, госпожа! — Джон снова вскочил и слегка поклонился, я не выдержала и хмыкнула.
— Я может, и хозяйка, но человек простой, так что зови меня просто Эйлин, колдуна нашего позовите на завтрак, семейство с каждым днём растёт, кухню летнюю надо бы построить.
Так ворча себе под нос, и даже немного счастливая, что солнце светит, что все живы, и уже здоровы, что пасека стоит и никуда не делась. И с Каем мы как-то разберёмся. И тут до меня дошло, что я хотела спросить у парня.
Вбегаю назад в кухню, при Ёле любовных разговоров не случилось, но Магда румяная и смущённая. А я задаю горцу один важный вопрос:
— А скажи мне, дорогой, имя Кай Эринг, оно настоящее, и что значит?
Парень смутился, наверное, вопрос ему показался слишком глупым, но он даже не улыбнулся, очень серьёзно принялся разъяснять:
— Это северное наречие: Кай — господин, Эринг — свирепый, сильный, злой. Это не имя, это боевое обращение. Как у вас бы сказали Великий Князь. Это же так к герцогу обращаются, но его настоящего имени никто не знает. Может быть, это часть настоящего имени.
Вот оно в чём дело. Я не разгадала настоящее имя господина моего сердца, а он сразу понял, что меня зовут Оля, я его не чувствую. Дело-то не в метке, а в том, что я не готова. Я смогу его позвать, если вспомню имя?
Сквозь задумчивость отвечаю отрешённо:
— Спасибо, я не знала…
Вздыхаю и ухожу на ручей умываться.
А в голове мысль кружит: «Почему он сказал, что не Эйлин его истинная, а я, та, которая настоящая Оля?»
Понимаю, что это именно то, что мне нужно вспомнить, и ведь ни с кем уже не поделиться секретом, это только наша с ним тайна. Одна надежда на колдуна, может есть у него какое-то зелье, чтобы вспомнить прошлое, как это у нас-то называется: «регрессивный гипноз».
Подумала об этом и поняла, что пока не готова. Нет сил снова переживать предательство, я умерла, а мой муж остался как блин в меду, и пасека, и новая жена беременная. Такую несправедливость тяжело принять. Даже тяжелее, чем этого Рагора с его претензиями.