Между тем, целительница видя полное безразличие пациентки ещё большим усердием водила влажной тканью по истерзанным огнём и толстым лезвием рукам. Теперь целительница ничто не отвлекало, и она могла сосредоточиться на работе. Водя по ожогам тканью, смоченной Мертвой водой, Хельга видела то, как страдала этого кожа. Струпья розовой кожи обгоревшие в огне,который запек плоть до корки и как ее же, истерзанную, но зажившую, мучает холодная сталь маникюрных ножниц.
Хельга закрыла глаза, но продолжала видеть. И что она видела завораживало. Словно еще одна кровеносная система, по которой циркулировала сама жизнь! Целительница не просто ощущала, видела, как потоки жизни циркулируют в этих нитях. В местах ожогов эта вязь нитей души была изувечена огнем и сталью, словно рыбацкая сеть распоротая винтом лодки.
Хельга закрыла глаза и сосредоточилась, чтобы прикоснуться к этим нитям и к душе девушки. Целительница усилием воли тянула изорванную бахрому нитей, выпрямляла их, растягивала и сплетала заново. Сверяясь с токами жизни, она творила то, чего сама до конца не понимала. Ей интуитивно был понятен лишь основной принцип: плести кружево, не оставляя пробелов души в теле и замкнуть сеть жизни так, чтобы токи не сталкивались.
Увы, с течением времени, работать становилось сложнее, податливые до того нити жизни, становились жесткими и ломкими, не желая спрятаться в единый узор. Хельга понимала, что не стоитло терять драгоценное время, решила сделать хотя бы один, небольшой клочок, но до конца, нежели равномерно выправлять все огрехи в душе Дианы.
Увы, все что смогла сделать целительница так исправить кружево нитей на предплечье. Нити жизни становились жесткими и ломкими, будто застывающая карамель. Осколки нитей обламывались и резали руки, словно стеклянные иглы. Дальше пытаться не было смысла и Хельга открыла глаза.
За окном уже поднималось солнце, значит она просидела так несколько часов к ряду. Спина и ноги затекли, платье давно высохло и сейчас Хельга почувствовала, как устала за бессонную ночь. А еще, на нее не отрываясь глядели две пары озадаченных глаз. И Диана и Гелиот хранили молчание и смотрели на нее…… с восхищением?
Хельга отбросила уже не нужное платье и посмотрела на руки девочки. Там где была корка шрама, теперь красовалась ровная розовая кожа. Совсем небольшой участок, его можно с легкостью накрыть ладошкой, но там где был уродливый ожог, теперь была молодая кожа!
Это чудо! Чудо, которая ей удалось совершить благодаря Мертвой воде. Сейчас, вспомнив о субстанции, которая все это время стояла в тазу и испарилась, Хельга подскочила и… рухнула на ковер. Сил куда-то идти у неё не было, она всё отдала этой ночью. И ещё одна серебряная прядь в ее челке, это только подтверждала.