— И это тоже для того, чтобы ты оценил мое отношение к тебе, — Смерть появилась передо мной в очень привлекательном обличье.
Черное платье с вырезом, вычурная прическа, драгоценные камни на шее, от которых несло огромной мощью, можно сказать, она была во всеоружии.
— Смерть, — я склонил голову в коротком поклоне, — прошу прощения за свой визит, однако у меня появился вопрос, в решении которого можешь помочь только ты.
— Я внимательно тебя слушаю, — Смерть кивнула, а дальше я поделился с ней своими мыслями, а также показал бляхи.
К сожалению, я не смог выяснить, кому конкретно принадлежали эти бляхи, но в конце войны в живых осталось не больше тысячи северян. Выслушав меня, Смерть попросила бляхи и начала их осматривать со всех сторон.
— Я не могу дать тебе ответ на твой вопрос прямо сейчас, Вестгейр, мне нужно время, — наконец-то произнесла Смерть, — ты готов подождать хотя бы пару дней?
— Готов, — я опять склонил голову в коротком поклоне, — готов ждать сколько угодно.
— Отлично, — женщина улыбнулась, — а теперь возвращайся домой. Твое тело хоть и окрепло, но еще недостаточно сильно, чтобы быть в моей обители без последствий. И да, можешь собой гордится, ты единственный, кто был удостоен чести шагнуть в мою обитель в своем теле, — после этих слов Смерть махнула рукой, и я понял, что нахожусь у себя во дворце, в кабинете.
Твою ж налево, и что это, спрашивается, было? С чего вдруг такая доброта со стороны первостихии? Смерть ведь могла под это дело выбить из меня много чего, но не стала, ничего даже не попросив в ответ. И вот это, пожалуй, напрягает больше всего…
Обитель Смерти.
— Госпожа, не слишком ли сильно Вы приближаете к себе этого смертного? — в голосе эмиссара слышались нотки сомнения, — он силен и очень быстро развивается, однако он никогда не будет верен вам, ведь он креатура вашего брата.
— Мой милый эмиссар, ты ведь был при жизни мужчиной, поэтому не понимаешь многих вещей, — Смерть улыбнулась, — но не переживай, со временем до тебя все дойдет. Что до Вестгейра, ты пока что прав, но именно что пока. Пройдет время, и этот удивительный малыш будет моим без остатка, а Лед останется с носом. Иногда грубая сила проигрывает мягкому влиянию, уж я-то знаю, — улыбка Смерти стала хищной, как оскал зверя, что догнал таки свою жертву, и эмиссар вздрогнул.
Коварность госпожи иногда пугала даже его, хотя эмиссар прекрасно знал, лично ему ничего не грозит…
Британия. Эдинбург.
Герцог Альфред не мог найти себе места последние полчаса. Звонок старого знакомого заставил герцога окунутся в прошлое, в рассказы отца и деда о былых временах, когда их род был просто одним из многих. И только благодаря этому незнакомцу они смогли обуздать силу найденной короны, пусть и не до конца, но даже этого хватило, чтобы их род мигом скакнул на недостижимую для многих высоту. А дальше они лишь воспользовались этим даром с умом, из года в год наращивая могущество рода. И теперь даже король был вынужден считаться с ними, хоть и не признавал этого. Альфред признавал, что сила и власть немного вскружила им голову, но ведь это было нормально. А вот про загадочного незнакомца герцог умудрился давно забыть, считая это родовой легендой. Но вот теперь эта легенда ожила и позвонила по личному номеру герцога, хотя Альфред точно знал, этот номер знали только самые близкие. И теперь герцог ждал его визита, не понимая, что ждать от этого визита. Все слуги дворца были проинструктированы, и в эту часть никто заходить не будет, пока Альфред сам не позовет их.