— Н-да, до чего доводит людей дружба с англичанами, — на губах князя возникла ироничная улыбка, после чего он повернулся к домоправителю Бестужева. — Благодарю, Василий, мы забираем его, — князь положил руку на плечо мужчине. — И да, надеюсь, Вы сразу же забудете о том, что этот человек когда-либо был в вашем доме.
— Я действую в интересах моего господина, — спокойно ответил домоправитель. — И буду делать так, как он мне скажет.
— А вот это правильная позиция, — Николай Николаевич пожал руку Василию, после чего кивнул своим ребятам, и те забрали польского короля, предварительно нацепив на него артефакт искажения.
Безобидный такой артефакт, который тем не менее давал возможность временно исказить черты лица так, чтобы никто не мог понять, что это за человек. И только сев в машину, великий князь дал волю эмоциям и радостно рассмеялся. Ведь прямо сейчас все газеты Польши повторяли на разный лад одно и то же, мол, русские убили короля, ай, какие нехорошие. То, что все это срежиссированный спектакль, Николай Николаевич прекрасно понимал, как и все более-менее умные люди, однако все эти статейки были не для них, а для широких людских масс, которыми англичане умели управлять в совершенстве. И сейчас эти островные гады в очередной раз решили использовать свой любимый инструмент, сделав своей целью графа Бестужева. У них могло бы все получится, умри Владислав на самом деле, но теперь их всех ждет сюрприз. Главное, чтобы Инна справилась с лечением короля, и тогда уже можно будет ударить в ответ, да так, чтобы пух и перья полетели во все стороны.
Кремль. Час спустя.
— Так вот ты какой, ныне покойный король Польши, — государь рассмеялся, а Николай Николаевич, наоборот, поморщился. Некоторых шуток императора он не понимал и даже не собирался начинать.
— Государь, было бы неплохо, если его посмотрят, — великий князь покачал головой. — Сами же видите, налицо вмешательство менталиста в его разум, причем, судя по всему, достаточно грубого.
— Инна уже едет, — Василий пожал плечами. — Думаю, еще час Владислав точно потерпит. Ай да Бестужев, ай да чертяка! Ты понимаешь, дядя, какой парень дал нам козырь? Англичане сейчас празднуют победу, не понимая, что очень скоро тех, кто эту операцию устроил, им придется казнить, причем публично, чтобы хоть как-то отмыться от позора, — улыбка императора стала еще шире. — Давненько их никто так не имел, дядя, чтобы на всю глубину.
— Все зависит от того, получится ли вернуть разум Владиславу, — осторожно ответил великий князь. — Пока что не стоит показывать кому-либо, что король жив.