— Граф, — Ермолов, увидев меня, махнул рукой, — иди к нам, мы как раз собираемся силами перед рывком.
— С большим моим удовольствием, князь, — усмехнувшись, я оставил цесаревича в компании подошедшего Романова и пошел к своим старикам разбойникам. До Варшавы остался всего лишь шаг, и сегодня мы наконец-то сделаем его.
Варшава. Королевский дворец. Это же время.
— Надеюсь, все готово? — неприметный мужчина в ливрее слуги уставился на князя Мнишека вопросительным взглядом, и тот кивнул, расплывшись в довольной улыбке.
— Мы готовы к представлению, — тихо сказал Болеслав, — мне уже не терпится увидеть рожи русских, когда мы это все разыграем.
— Нам повезло с Владиславом, — поморщился неизвестный, — если бы не его хандра, все могло случится иначе. Но дальше мы не будем полагаться на везение, так что постарайтесь, чтобы все соблюдали свои обязанности. Если что-то пойдет не так, от нас отрекутся. Поверь, князь, в таком случае даже самые близкие попытаются нас достать, лишь бы смыть позор с рода, — незнакомец говорил это максимально спокойно, а вот Болеслав, представив себе эту картину, вздрогнул. Нет, все обязательно пойдет по плану, обязательно…
Недалеко от Варшавы. Час спустя.
Ну вот и началось. Наше войско разделилось на три колонны, после чего мы двинулись в сторону города. Такими темпами мы подойдем к пригороду минут через сорок, и то потому, что некоторые мосты поляки таки умудрились взорвать. Правда, для меня это было не проблемой, лед спокойно заменял бетон и был даже крепче. Его просто взорвать не получится, ха-ха.
— Как думаешь, граф, Владислав попытается оказать сопротивление или мы войдем в столицу без единого выстрела?
— Сопротивление будет, — я покачал головой, — иначе они бы не взрывали мосты. Раз уж сделали это, то, значит, в городе есть люди, готовые драться. Вряд ли много, но королевская гвардия и какая-то часть дворян просто обязаны оказать сопротивление. За этой кампанией наблюдает вся Европа, над поляками и так будут насмехаться из-за того, что их победили фактически без применения армии.
— Ну армии-то и правда не было, — царевич расхохотался, — зато были четыре гранда, которые фактически и сделали все в этой кампании. Поверь, граф, все прекрасно знают, благодаря кому пал Люблин и кто умудрился взять в плен сразу двух Ходкевичей.
Я пожал плечами, лично мне на это было плевать, пленил и пленил. Никакого подвига тут не было, тем более что технически оба раза этих ухарей брали в плен мои старики-разбойники. Да и сейчас именно Суворов с Ермоловым контролировали Ходкевича, что шел в сторону Варшавы во главе целой армии пленных. Уверен, эта процессия хорошо так ударит по боевому духу поляков.