Когда мы вернулись в номер, и хотели ещё немного поспать, после чего поехать погулять где-нибудь в центре, а заодно позавтракать и выпить кофе в красивом месте, Артёму позвонили из клиники.
В эту субботу дежурной стояла Алёна, и я сразу напряглась, когда он сказал, что звонят с работы.
И, напрягалась не зря. Потому что поступил экстренный пациент, и Артёма попросили приехать и помочь на операции, подстраховать, так как он был единственным пока кардиохирургом в клинике.
Наши планы были разрушены.
— Ну вот. Ты будешь там на операции со своей бывшей женой, а я тут сидеть одна, как дурочка. – Надулась я, хотя понимала, что такое поведение было детским, но ничего с собой не могла поделать.
— Хочешь, поехали со мной. – Он взял меня за руки, и поднял с кресла, на котором я сидела, смотря, как он переодевался, чтобы поехать в клинику.
Я оказалась напротив него, и он чуть наклонился, поцеловав меня в кончик носа.
— Я же не специально… Ты сама видела, как мне позвонили. Я не могу не приехать, но мне правда жаль, что так получилось. Я с удовольствием провёл бы этот день с тобой. Ты и сама хирург, должна понимать, как сложно построить личную жизнь с нашей профессией.
— Да я понимаю… — Вздохнула я, обняв Артёма за талию, и прижавшись к нему. – Ты же правда уже ничего не чувствуешь к бывшей жене?
Я замерла, ожидая его ответа, и боясь посмотреть ему в лицо. Удивительно, насколько сильно меня беспокоил этот вопрос. Прошло меньше года, а они были вместе довольно долго…
Вместо ответа, Артём Русланович отлепил меня от себя, и поцеловал так, что все мысли моментально покинули мою голову, оставив там лишь сахарную вату.
— Как закончите, напиши мне, хорошо? Я, может, подойду к клинике, и мы сможем провести вместе хотя бы вечер?
— Конечно.
От безделья, когда Артём ушёл, я вообще не знала, чем заняться. В гостинице, одна, в городе своего детства, из которого когда-то сбежала… В общем, я не дождалась звонка, и, когда по моим подсчётам операция должна была уже закончиться, если всё пошло хорошо, потопала к клинике.
У администратора узнала, что операция завершилась уже минут двадцать назад, и недовольно поджала губы, поднимаясь в кабинет Артёма. Почему он не позвонил?
Неприятное предчувствие сосало под ложечкой, но я старалась себя успокоить.
В кабинете Артёма не горел свет, и было заперто, так что я пошла в сторону ординаторской. И, только подойдя туда, сразу же услышала женский смех и уже привычный мужской голос.
Я сама не знаю, почему не зашла внутрь. Может, побоялась, что увижу что-то, что не хотела бы видеть? А так, у меня оставалась иллюзия того, что мы с Артёмом можем быть вместе.