— Ха-ха-ха-ха-ха, — начал откровенно ухохатываться генерал-майор, стоило ему только выслушать пояснения руководителя эксперимента по поводу их последнего вмешательства. — Всё! Всё, что нажито непосильным трудом, всё же погибло! Три магнитофона, три кинокамеры заграничных, три портсигара отечественных, куртка замшевая…три…куртки. Да вы истинное зло профессор! — утирая выступившие на глаза слезы, то ли одобрительно, то ли в укор, покачал головой представитель заказчика.
— А вот нечего портить нам эксперимент! Сам виноват! — скрестив руки на груди, слишком уж эмоционально принялся оправдываться представитель ученой братии. — Нет бы, удовлетвориться теми познаниями, что мы ему позволили пронести с собой, да выстраивать свою жизнь с учетом минимального воздействия на окружающую реальность. Ретивое у него взыграло, видите ли! Новым Илоном Маском стать захотел! Лавры киношного Тони Старка покоя не давали! Тьфу! Дилетант!
— Так он ведь, вроде, как раз собирался отойти в сторонку и больше не шатать устои лелеемой вашей командой системы. Разве не этого вы добивались изначально? — с немалым удивлением поинтересовался армеец. — Причем, ваш подопечный решил сойти со сцены именно в тот момент, когда решалась судьба всего, что было достигнуто именно его трудом, его вмешательством. Всё, абсолютно всё, могло откатиться назад, исчезни он, как и планировал!
Нам… стало интересно, — немного потупив взгляд, признался профессор. — Больно уж экземпляр попался изворотливый и умеющий работать с тем, что имеется под рукой. Такие нынче в дефиците. Это вам не дуболомы, которые одним ружьем и гранатой пытаются исправить ход мировой истории. И не доморощенные властители, кои едва ли не по щелчку пальца умудряются выстраивать всепланетарную империю, вопреки логике, законам природы и здравому смыслу. Естественно, выстраивать исключительно в своих фантазиях, пока не начинают сталкиваться с жестокостью реалий. А после возвращения все, как один, плачутся в рубашку, что их никто не понимает, а те же законы физики — продажные девки империализма. Отчего таких, как этот, — ученый кивнул в строну трехмерного изображения капсулы, — через наш институт прошло не более пяти человек. — Вот и решили понаблюдать за ним еще. Благо время позволяет. Месяца три у его тела в запасе еще осталось.
— Дайте угадаю, — расплылся в ехидной улыбке генерал-майор. — Одним из подобных ему был тот самый уникум, что после возвращения в наши мрачные будни смастерил в своём гараже атомную бомбу и впоследствии планировал применить её по прямому назначению?