— К бою! — проревел Громобой.
Полупрозрачные жгуты с гулом рассекли воздух и пронеслись у самого моего носа. Ещё бы сантиметр другой и не сносить бы мне головы, а так лишь лёгким испугом отделался.
Совсем рядом сверкнули разряды — это избранники Бога войны вступили в бой. Их ветвистые молнии веером обрушились на «коварные» кусты и те занялись яростным пламенем.
Впрочем, горели они недолго, секунду-другую, а затем тлеющие ветки разметало в стороны проворными щупальцами. Моему взору предстала нежить. Точно такую же помесь медузы и одуванчика я видел в той треклятой пещере.
Ни черта не понимаю! Откуда здесь нежити взяться? Или сбежавший радодатель умудрился где-то неподалёку первичного бульона наварить? Да быть того не может!
Не успел я как следует обмозговать эту мысль, как из густого подлеска вырвалось ещё несколько желеобразных монстров.
Чернобогова отрыжка! Так эта тварь здесь ещё и не одна⁈
Ну да ладно, чего это я распереживался? С нами ведь бок о бок воюют не абы кто, а громовержцы, избранники самого Перуна. Уж эти-то ребята легко нежить подпалят. Раз простенькие огнемёты с этой задачей справились на ура, то их рукотворные молнии и подавно. Температура-то у них всяко выше будет, чем у обычного пламени.
— Шквалом накрывай! — прокричал Громобой.
Заслышав команду, громовержцы обрушили на тварей целый каскад из ветвящихся молний. Белёсые протуберанцы с лёгкостью пронзили студенистые тела, прожигая те насквозь. Воздух тут же наполнился страшной вонью, даже запах озона и тот был не в силах её перебить.
Неприятный ком подступил к горлу. Захотелось выпростать завтрак наружу, но я сдержался. Нельзя было показывать слабость, тем более сейчас. Ведь, к моему удивлению, ничего ещё не закончилось. Пусть молнии и понаделали дыр в студенистых телах, но особого ущерба тварям они не нанесли. Да и сами сквозные прорехи уже стремительно затягивались. Ужасающая регенерация нежити делала своё дело.
Видать, одними молниями тварей не одолеть. Нужен более обширный и долгоиграющий источник пламени. А иначе они так и будут восстанавливаться.
И, похоже, эта мысль посетила не меня одного.
— Отходим и даём бой! — прокричал Громобой.
Мы стали слаженно отступать под прикрытием бьющих во все стороны молний. Но долго так продолжаться не могло. Тварей было слишком много, около десятка. Да и силы у избранников Перуна небезграничные. Вон безымянный громовержец слева от меня уже испариной весь покрылся. То ли самым слабым из пятёрки оказался, то ли не подзаряжался давно от своевольной стихии.
Ну да ладно, прочь эти пустые рассужденья — они делу помогут. Вместо этого, надо наши задницы из этой передряги вытаскивать.