Мы вышли через чёрный ход, я же думала о Горчакове и его беременной молодой жене, Софье Аркадьевне.
Я, естественно, не собиралась причинять ей вред, но именно она была той целью, моим ключиком в случае захвата князем кого-то из моих близких.
День слушания наступил слишком быстро. Имени нового поверенного Илья Петрович мне так и не сообщил, лишь хитро улыбался.
Без пяти девять я вошла в зал номер три. На мне было то же тёмно-синее шерстяное платье, волосы собраны в строгий узел. Мотя утром так туго воткнула шпильки, что кожа на затылке ныла до сих пор.
Стол стороны просительницы стоял пустой.
Обещанный помощник не явился.
Я села и положила перед собой папку. Всё внутри меня дрожало от страха. Надо просить о переносе заседания, самой мне не вытянуть…
Голубев поднял голову, посмотрел на всё ещё пустующее место рядом со мной. Его брови поползли вверх, он тут же наклонился к князю и что-то быстро ему сказал, тот довольно усмехнулся.
Андрея сегодня не было, видно, сторожит мачеху.
Веригин вошёл ровно в девять. Мы поднялись, потом сели.
— Сторона просительницы, — обратился он ко мне. — Кто представляет интересы графини Оболенской?
Я встала.
— Ваше высокородие, мой присяжный поверенный, Илья Петрович Громов, всё ещё в городской больнице и явиться не может. Он обещал прислать вместо себя поверенного, но до сей минуты тот не явился. Прошу суд отложить слушание.
— Сторона попечителя возражает! — тут же подскочил Голубев. — Дело уже откладывалось по причине внезапной болезни поверенного просительницы. Все существенные доказательства представлены, свидетели допрошены. Дальнейшее промедление только умножит беспорядок.
Веригин посмотрел на меня поверх очков:
— Суд не находит оснований к новому отложению. Если поверенный не явился, просительница может вести дело лично.
В зале зашептались. Я стояла, держась пальцами за край стола, и пыталась собрать разбежавшиеся мысли в кучу. Голубев довольно улыбнулся и потянулся к своим бумагам.
И в этот момент за моей спиной скрипнула тяжёлая дверь.
Все обернулись.
В дверях стоял мужчина в распахнутом пальто из тёмного сукна, под пальто чёрный фрак присяжного поверенного, белая сорочка и чёрный галстук-бант; в левой петлице серебрился знак, такой же, как у Ильи Петровича. В правой руке он держал кожаный портфель, в левой — каракулевую шапку.
Высокий, с породистым узким лицом, с чёткими чертами и короткой русой бородой. На висках едва заметная седина и глаза… чёрные, как ночь, цепкие.
Он шагнул в зал, и дверь за ним закрылась с глухим стуком.