Всем классом мы быстро закончили. Через полчаса, краснощекие и довольные, мы уже завтракали в столовой. Помощь однокурснику как будто бы даже пришлась всем по душе. Довольные и немного гордые собой ребята обсуждали свои дела. И даже траурное убранство обеденного зала ничуть их не смущало. Впрочем, а должно ли было?
Я посмотрел на стены. Обычно их занимали какие-то нейтральные гобелены. Сейчас вместо них висели приспущенные флаги. На каждом был изображен герб семьи, понесшей серьезные потери в ходе «Дворцовой трагедии».
С момента события, которое потрясло, наверное, весь мир, прошло чуть меньше месяца. И только сейчас, когда были подсчитаны все потери и завершено первичное следствие, объявили траур. Специально или нет, но он пришелся ровно на новогодние праздники.
Как я уже знал, за это время следователи нещадно трясли всех свидетелей произошедшего, по крупице собирая информацию. Меня почти не допрашивали — видимо, из-за факта спасения принца.
Альбрехта я, кстати, специально собственноручно вывел из дворца под взглядами множества людей, чтобы мое достижение не «украл» кто-нибудь ушлый. Правда пока этот подвиг никак не отразился на моей жизни.
— Чего задумался? — окликнула меня Крис. — Пошли, Вик, сегодня важный урок.
— Иду, иду, — произнес я, забирая поднос.
Вскоре мы всей гурьбой уже поднимались в кабинет на новый предмет с довольно скучным названием «Профориентация». Время перемены пролетело быстро, и со звонком в помещение вошла деканша, что вела многие предметы у первокурсников.
Мы поприветствовали ее, и женщина махнула рукой, чтобы все садились. Её лицо приобрело торжественное выражение.
— Поздравляю! — сказала она. — Прошла половина учебного года с момента вашего поступления. Вы все отлично показали себя.
— Спасибо, госпожа декан! — хором произнесли мы.
— А теперь о предмете, — произнесла женщина. — До конца первого курса каждый из вас должен решить, на какой факультет он будет поступать, и профориентация призвана помочь в этом.
Её слова вызвали взволнованное перешептывание. Выбор факультета фактически задавал вектор дальнейшей жизни мага. От него зависело, чем тот будет заниматься всю последующую жизнь.
— То есть, со второго курса наш класс разделят? — с грустью спросила Крис.
Судя по ее виду, ей этого совсем не хотелось, что неудивительно. Для нее как для старосты наш класс стал чем-то очень важным.
— Вообще, раньше так и было, — подтвердила Коннорс. — Но с уменьшением количества учеников от этой практики отказались. Большинство предметов вы все равно будете посещать вместе, так как они будут общие. И раздельно ходить на специальные. С каждым курсом последних будет становиться все больше.