Лишившись части подбородка, монстр болезненно заверещал. По привычке я бил вверх головы. Но ничто не мешало мне повторить ему промеж глаз.
Однако тварь резко крутанулась на месте в попытке сбросить меня с себя.
Этого врагу, само собой, не удалось. Почуяв движение, я бросился бежать по его телу и на ходу отправил вторую огненную стрелу.
На этот раз по черепу попасть не удалось — враг успел отреагировать на вспышку и закрыться плечом. На нём расцвёл огненный бутон, а из изувеченного рта вырвался сдавленный крик. От крупной выжженой пиробластом раны вверх тянулся сизый дым и красные иероглифы.
Последние, как оказалось, ответственны ещё и за его регенерацию. Такие же иероглифы сейчас восстанавливали ему пасть. Но мгновенной регенерация не была. Как бы то ни было — я быстрее.
Ещё и Красноглазка вовремя подвернулась ему под ногу. Наступить и раздавить её монстр не смог. Он вдруг резко ослабел, слегка не донёс до неё ногу и от того запнулся на ровном месте.
Чудовище вновь падало на мокрую землю, а я успел сориентироваться благодаря той же запредельной фокусировке, и за миг до падения на земле растянулась тропа медуз.
Провалившегося белокожего гиганта начало бить электричеством, от чего он задёргался и принялся орать ещё громче.
Одако даже это не прикончило его. Тварь была не только крупной, но и удивительно выносливой. Даже в таком положении он пытался меня поймать, хоть его движения и стали от этого дёрганными.
Один удар монстра мог легко оборвать мою жизнь. Сила и размеры впечатляли. А мои удары клинком хоть и пробивали толстую кожу, не могли причинить серьёзный вред.
Гораздо больше в этом бою помогло могущество, разогнанное акцессией Красноглазки. Свыше пятидесяти в этом параметре позволили мне направить во врага третий, а затем и четвёртый пиробласт.
Поняв, что магия сейчас эффективней, я вспомнил про третий навык, и когда в следующий раз лапища титана оказалась над моей головой, я не стал уклоняться, а применил выброс силы. С бонусом он отбросил лапу так, что послышался хруст, а часть белоснежной кожи так и осталась висеть лоскутами.
Мы танцевали так ещё наверно с минуты две-три, но с этого момента уже стало понятно, что победа будет за мной. Дальше оставалось лишь дело техники.
Когда тварь окончательно затихла, словно из ниоткуда появились Цап и Баран.
Раздались аплодисменты.
— Прекра-асный бой! — произнёс козёл.
— Невероятный! — вторил ему баран.
Красноглазка зачем-то повторила за ними, тоже хлопая в ладоши.
— Ты двигаешься не как дух. — продолжил Цап. — Ты будто с глубоких слоёв астрала.