Следующие три дня я провёл с лёгким откатом. Заёмной акцессией Красноглазки я воспользовался совсем немного. Достаточно было немного отлежаться, и затем заняться играми, походом в клуб. Нужно как следует отдохнуть после охоты.
Уже на третий день я был почти в норме, и именно в это время Город послал мне новое чудо там, где его не ждали.
— Внук, у тебя были планы на субботу? — спросил меня дед вечером второго дня после последней охоты.
— Да в общем-то никаких, — ответил я, предполагая необходимость помощи в уборке или что-то в таком духе. Провести день с близкими я буду только рад, всё же в первую очередь это мой отпуск.
Но ответ заставил меня сильно удивиться.
— Мы собираемся на дачу. Поедешь с нами?
Какая может быть дача в Городе? Разве разговоры об этом всём не табу?
— Конечно, буду рад, — ответил я, не отходя от шока.
И вот ранним утром старый москвич вёз нас в сторону выезда из Города. Впереди стоял туман. Он приближался так быстро, что я почуял неладное. Происходящее выходило за пределы сценария.
Когда я окончательно уверился в том, что мы едем за пределы Города, машина резко свернула влево, и дальше мы ехали по окружной трассе, которая нашлась на самой границе у тумана. Слева от нас теперь возвышались девятиэтажки, а справа — непроглядная серость.
Проехав так некоторое время, мы свернули с трассы, с трудом поднялись на крутой холм. Машина едва его осилила. В какой-то момент даже подумал, что придётся толкать.
Зато сверху открывался прикрытый деревьями, но уловимый вид Города. Мы были уже за его пределами. Технически, на территории туманов. Здесь был дачный кооператив, большая часть которого попадала в туман. Но наша дача и несколько домов вокруг были живыми.
Никаких соседей по пути я не видел. Хотя были очевидные признаки ведущихся работ людей. Убранные листья, вязанки дров, прополотые грядки.
Место, как и прежде, было очевидно моим эхо, так как выдернуто во многом из моих воспоминаний, приправленных снами.
Дачу я помнил из глубокого детства очень смутно. Мелким это место было для меня особенным. А потом… даже не знаю, что с ней случилось. Меня ввиду возраста не сильно просвещали, а потом как-то уже не спрашивал много лет спустя в сознательное время. Так что никакой дачи сейчас быть не должно.
Но бешено колотящееся от радости сердце подсказало причины. Город брал самые эмоционально значимые места из подсознания и памяти.
Путь сюда был сильно искажён и укорочен, но сам дачный кооператив вызывал те же чувства, что когда-то в далёком детстве. Земля казалась волшебной, будто я находился в изнанке.