— Ги только слышал об этом от других, — выпалил он с такой скоростью, будто боялся не успеть вставить спасительное слово.
— Отлично, уже явный прогресс в коммуникации, — кивнул я и мысленно поставил галочку в списке маленьких побед. — Вещай дальше…
— Под Драконьим Хребтом тянутся старые заброшенные ходы цвергов, хозяин, — зачастил гоблин и начал активно жестикулировать свободными руками. — Они очень длинные и запутанные. Часть туннелей вырубали цверги, некоторые из них по легенде ведут в Дег-Малдур — город цвергов, а другая часть совсем древняя и построена неизвестно кем до прихода Великой Системы на Барзах. Псоглавцы туда спускаются крайне редко и неохотно, поскольку терпеть не могут забираться так глубоко под землю. Там, на нижних ярусах, стены обросли светящимся мхом и постоянно крошатся старые камни. Зато там точно обитают рофы, плодятся пещерные крысы, а в самых темных отнорках прячутся черные коротыши с острыми зубами.
— Дунгаки, — глухо уронил Зэн, не меняя позы и не глядя на гоблина. — Гоблины. Дикое и зловредное племя.
Ги торопливо затряс головой и подтвердил слова старого наемника.
— Да, грязные дунгаки. Они очень плохие создания. Свирепые и кровожадные. И жрут абсолютно все, даже разумных.
Я перевёл взгляд на Ги, и кривая усмешка сама собой тронула губы, потому что услышанное никак не укладывалось в голове.
— Это сейчас немытый гоблин назвал кого-то «грязным»?
Ги, очевидно, не уловил в моих словах иронии, а потому счёл своим долгом ответить обстоятельно и честно, как и подобает существу, стремящемуся доказать свою полезность.
— Да, хозяин. Очень грязные.
Фэйа не выдержала и фыркнула снова, на этот раз громче и уже почти без стеснения. Этот короткий, почти неуместный в пещере с трупами живой звук вдруг прорвал пелену мёртвого оцепенения, державшую нас всех, будто в затхлый воздух пещеры на мгновение впустили глоток кислорода. До радости, конечно, нам всем было ещё далеко, но на пару секунд дышать стало легче. Даже Зэн, казалось, перестал напоминать дурно выточенную из камня статую скорби и позволил себе едва заметно расслабить плечи.
Я же ухватился за другие слова, куда более важные в нашем положении.
— Пещерные крысы?
Ги с готовностью показал рукой размер примерно до колена, но тут же, словно устыдившись, что приуменьшил угрозу, поднял ладонь выше, почти до середины бедра.
— Вот такие, — доложил он. — Быстрые очень. Зубы у них большие, как ножи. Ходят всегда по двое, по трое, а то и целой стаей. Падаль любят до дрожи. Кровь любят до безумия. На слабого прыгают без раздумий.