— Спасибо, выручил, — благодарю я друга.
— Леон, ты посмотри на мои волосы! — не унимается Рита. Глаза ее так и сверкают. — Ничего не видишь странного⁈
Я неуверенно предполагаю:
— Они лезут тебе в рот?
— Тьфу! — Рита сплевывает попавшие на губы кончики прядей. — Твой Батон сжевал все мои запасные ленты для волос! Вытащил и сжевал! Даже любимую розовенькую!
— Какой ужас! — Кира в шоке поднимает ладони к лицу.
— Причем странно, что он начал жевать уже после кормежки, — замечает Тимур. — Ходит, постоянно что-то мусолит во рту. И поскуливает иногда, будто живот болит.
— Хм… — я начинаю всерьез беспокоиться.
— Иди уже, Вальд, — Лина легонько подталкивает меня в плечо. — Иди проверь Батона, потом присоединишься к уборке. Мы пока тут сами.
— Хорошо, — киваю я и быстрым шагом спешу наверх к нашим комнатам.
Тело хоть и устало, но мышцы благодаря зелью Сержа посвежели.
Батон сразу кидается ко мне, поскуливая, и тут же начинает жадно мусолить мои пальцы. Ощущение забавное: поскольку верхних резцов у лосенка нет, он не кусает, а плотно прижимает палец к жесткой верхней десне и скребет по нему нижними зубами. Оглядевшись, замечаю, что он изжевал соломенную подстилку и даже обгрыз деревянные балки в тамбуре.
— Да у тебя никак зубы режутся, сохатыш, — хмыкаю я. Заглядываю ему в рот, после чего подхватываю вертлявую ярко-рыжую тушку на руки и несу в медкрыло.
Внутри застаю Рану.
— Что случилось, Лёня? — она подходит ближе и ласково поглаживает Батона. Лосенок тут же переключается на нее и начинает жадно обсасывать пальцы девушки.
— Да у Батона, похоже, зубы режутся, совсем места себе не находит, — объясняю. — Я не собираюсь просить препараты, сестра. Знаю, что Новикам нельзя давать лекарства без указа мастеров. Но, может, хотя бы советом поможешь?
— Помогу и советом, и не только, — тепло улыбается она, не отнимая руки у лосенка. — Совет такой: давай ему жевать свежий сочный ивовый прутик. Ивовый сок отлично снимает воспаление с десен и обладает легким обезболивающим эффектом.
— Спасибо, сестра, — киваю я и уже собираюсь унести рыжего пастись во двор.
— Постой, брат Лёня, я же сказала, что не только советом помогу, — Рана задерживает меня с хитрой, понимающей улыбкой. — Новикам я, правда, не имею права выдавать лекарства, устав есть устав. Но животным-то зачем страдать? Им наше суровое обучение проходить не нужно.
Рана достает из шкафчика тонкие пластинки, заворачивает их в бинт и передает мне. Вдогонку вручает маленькую склянку.
— Пластинки — это растительное обезболивающее. Будет мучиться — сунешь одну под язык. А в склянке легкое снотворное.