Неужели вот так просто? Я лишусь всего, что строит столько долгих лет, всего лишь за несколько секунд. Обидно и… страшно…хотя толком испугаться у меня и времени не было. Мое тело стремительно набирало скорость, приближаясь к асфальту, и ветер ревел в ушах. А потом… потом наступила тьма.
Первое, что я почувствовал это запах. Смрад перегара смешивался с пылью и плесенью, от которого к горлу подкатил тошнотворный ком, но мне удалось сдержать этот позыв. Я лежал на чем-то твердом, тело невыносимо ломило, голова раскалывалась. Попытался открыть глаза, но сразу зажмурился, их резал солнечный свет. Первая мысль была о том, что я выжил, наверное, удачно упал на страховочную сетку, а сейчас лежу в подсобке на стройке и жду помощи.
Я попытался позвать охрану, но из горла вырвался только жалкий хрип. Тело не слушалось, оно казалось чужим и неповоротливым, мышцы отзывались тупой болью на каждое движение.
И тут мозг буквально взорвался.
В голову болезненным потоком ворвались чужие воспоминания, и перед глазами с бешеной скоростью замелькали картинки. Я видел водку в пластиковых стаканах и текущие трубы в подвалах. Слышал ругань с мужиком из-за халтуры, а потом в памяти всплыло имя, Максим Смирнов, тридцать два года, сантехник и пьяница. Вчера этот неудачник полез менять лампочку на шатком табурете, рухнул вниз и ударился головой об угол стола.
Меня начала бить мелкая дрожь, а на лбу проступил холодный пот. Я уже давно не испытывал столь сильных эмоций, но сейчас не мог понять, мои ли они, или этого… Смирнова. И все же мой разум отказывался принимать происходящее. Как сознание Максима Орлова оказалось в теле пьяного слесаря Смирнова?
Однако усилием воли задавил подступающую панику. Я всегда умел держать эмоции под контролем, ведь они убивают быстрее любых конкурентов. Я заставил себя дышать ровно и глубоко, сердцебиение начало приходить в норму.
Оперся трясущимися руками о пол и медленно сел. Под собой увидел небольшую лужу засохшей крови. Прикоснулся пальцами к голове и ощутил резкую боль.
Да чтоб тебя…
Кровь на лице тоже никуда не делась, значит, надо будет привести себя в порядок и как можно скорее.
Взгляд наткнулся на кнопочный телефон с треснутым экраном, который валялся под столом. Я взял его и набрал по чужой памяти код разблокировки, при этом скривился от того, что клавиши залипали от грязи.
На экране высветилась дата: пятое марта две тысячи тридцать шестого года.
Прошла всего пара дней после моего падения с небоскреба. Значит, моя империя еще процветает, вот только я сижу на полу в теле маргинала. Я просто отказывался верить в подобный бред.