К счастью, наш кузен переживает горе не в одиночку — мы с Вилли регулярно слали ему записки и приглашения, и к вечеру второго дня это дало свои плоды — к нашей гостинице прибыла золотая (только внешне) карета с пьяным, заплаканным, но безукоризненно выглядящий — слуги свое дело знают! — Виктором Альбертом.
Ну а к кому еще ехать бедолаге? Любой Двор — это гадюшник. Тела родных и бабушки (не очень-то любимой, но все же) еще не успели остыть, а Виктор уже наблюдает многозначительные заискивающие взгляды и аккуратные шепотки, львиную долю которых даже не понимает — он же у нас глупенький и убит горем.
Ох и наслушались мы с Вильгельмом в тот вечер! Ни одна разведка в мире не принесет столько информации по раскладам в английских верхах. Готовый материал для трех-четырех заговоров, в ходе которых монарх снова сменится. Но такого потрясающего «коллегу» нужно холить и лелеять, поэтому мы с кайзером после совещания сразу после того как добавивший градуса Виктора отрубился, решили ни в коем случае, никогда и ни за что не пытаться провоцировать государственный переворот.
— Этого простодушного кретина послал нам сам Господь! — топорща от энтузиазма усы, шептал Вилли, подхватывая рухнувшего рожей в нарезку изысканных сыров Альберта слева.
«Смотри, Гриша, какой перспективный лох тут у нас».
— Или англиканская церковь совсем утратила благодать, и наш кузен — это посланная Господом кара, — прошептал я, подхватывая принца справа.
Мы переложили Альберта на диван, и кайзер с ласковой, почти материнской улыбкой пристроил под его головой атласную подушечку.
Я почти ревную.
— Моя разведка в Лондоне невелика, — выпрямившись и подхватив со стола бокал поведал Вилли. — И, если нашего доброго Альберта захотят лишить положенного ему по праву, я ничего не смогу сделать. Я даже не узнаю о том, что готовят заговор.
— Как и моя, — развел я руками. — Контактов много, но совсем не таких.
— Совсем не таких, — кивнул Вильгельм, отвел глаза, отпил из бокала и осторожно начал. — Возможно, Ксения…
— Нет! — неожиданно для самого себе перебил я его.
Если Ксюша станет королевой при муженьке-идиоте, это ТАКИЕ возможности! Но… Похоже, где-то здесь мой цинизм и заканчивается — размяк, привязался к новой семье. К черту — мы с Альбертом и Вилли будем ездить друг дружке в гости, и британский король сам про себя все расскажет, без хорошеньких сестрициных ушек.
— Понимаю, — ободряюще улыбнулся мне кайзер. — Я бы тоже никогда не отдал Марго такому, — ткнул пальцем в сторону штанов Виктора, на которых расползалось логичное при таких возлияниях пятно.