Ее пальцы, холодные и влажные от пота, впились в грубую поверхность каменного пляжа. Колени горели от напряжения, мышцы били мелкой дрожью. Взгляд, полный панического ужаса, метался из стороны в сторону, словно загнанный зверь. Тьма, плотная и густая, окутывала ее со всех сторон, давя на грудь и перекрывая воздух.
Она пыталась разглядеть хоть что-то сквозь чернильную черноту этого ужаса — какую-нибудь форму, свет, любой намек на понимание того, где и как она оказалась. Но всё тщетно. Только пустота, звенящая тишиной и давящая своим безразличием. Ее мозг лихорадочно искал объяснения, пытался ухватить за какую-нибудь ниточку рациональности, но только пустота. Она забыла, как оказалась здесь, в этом могильном холодном царстве. Единственное, что она знала, — это ужас, который пронзил ее до костей и отказался отпускать.
Виктор стоял, словно вырезанный из мрамора, фигурой, неподвижной и непроницаемой. Его широкие плечи были напряжены, спина прямая, как у воина на параде. Лицо, обычно оживленное и искрящееся добротой, сейчас было закрыто непроницаемой маской, будто высеченной из холодного камня. Он не смотрел на нее, не обращал никакого внимания, словно это не высший вампир, а какое-то назойливое насекомое.
Я непроизвольно попытался сделать шаг к ней, но Виктор быстро поднял руку. Жест был краток и понятен, и в нем читалась железная воля. Ее глаза, полные ужаса и отчаяния, быстро переметнулись ко мне, ища помощи, но я не мог ничего сделать.
Остановился, ощущая неловкость от беспомощности. Я хотел быть рядом с ней, успокоить ее, но невидимая стена простиралась между нами. Ну и какая-то правда в действии Виктора всё же была, а она — тёмная тварь, в отличие от оборотня, живущая чужой смертью.
Я заметил, как Виктор сделал небольшой шаг вперед, словно хотя бы слегка пододвинувшись к ней. Его рука оставалась поднятой, но теперь она была более мягкой, будто он пытался еще раз взвесить все за и против. И в этом нерешительном движении я увидел отблеск сомнения, которое пробивалось сквозь его железную маску. Но шеф оставался непоколебим, ибо следовал четкой, пусть и ведомой ему одному цели. Это пугало своим прагматизмом, но я всё равно никак не мог ему помешать. Да и хотел ли?
Данная мысль вскользь коснулась сознания. А что, если это всё просто вампирский шарм? А высшего вампира он явно сильней, так что удивляться здесь нечему. Взяв эмоции под контроль, я решительно отступил на пять шагов назад, более не смея мешать товарищу Криду. Да и вдруг это и правда что-то воистину важное, а я своей импульсивностью и максимализмом попросту помешаю ему, пусть и невольно или под шармом вампира? Это не мой грех, так что пускай шеф с этим сам разбирается, ибо я лишь новичок!