— Мой брат здесь практически не бывает, — констатировала гостья, усаживаясь в «главное» кресло возле «переговорного» столика.
Ответа девушка не ждала. Однако он прозвучал.
— Крайне редко, — негромко произнесла блондиночка. — Могу я предложить вам чай или кофе, госпожа Волконская.
Алена, присев на краешек кресла с таким расчётом, чтобы была видна ее королевская, тренированная годами осанка, коротко ответила:
— Чай.
Тратить лишние слова на прислугу она смысла не видела никогда. Наверное, даже не со зла. Ну не распинаться же в любезностях перед шкафом каждый раз, едва открываешь дверцу?
Так воспитывали на «этажах».
— Одну минуту, — тут же ответила светловолосая нимфа и вышла из кабинета.
«Не поклонилась!» — мысленно отметила Волконская. То ли плохо вышколена (что, по наблюдениям «небожительницы», было очень маловероятно!’), либо просто привыкла к иной системе взаимоотношений.
«Это странно.» — мысленно отметила Алена, осматривая взглядом кабинет.
Никакого результата «поверхностное сканирование» не дало. Просто глазу не за что было зацепиться. Все вокруг буквально дышало строгостью и лаконичностью. И никакого «яркого пятна» в виде личных вещей или легкой «неправильности»: клочка бумаги на столе или забытой чашки у монитора, например.
«Соберись.» — скомандовала сама себе девушка негромко. Она здесь не для пустых размышлений, а чтобы «прощупать» Павла на предмет сотрудничества в уничтожении его главного врага — Ивана Волконского.
Воспоминание об ублюдке, уничтожившем ее хрупкий маленький мирок в недрах Архива, взорвалось вспышкой боли и желания разгромить все вокруг. Да, и Павла тоже. Из-за него этот ублюдок ввалился к ней, лишив единственного безопасного места в безумном мире!
Девушка медленно выдохнула.
С некоторым трудом ей удалось подавить вспышку ярости. Так что уже через пару минут она смогла разжать кулаки и хотя бы относительно привести мысли и чувства в порядок.
На миг она даже прикрыла глаза, стараясь представить тихое и безопасное место, где она могла бы почувствовать себя спокойно и…
— Добрый день, Анна Ильинична, — раздался чуть усталый голос.
«Сволочь.».
Так и неподавленная злость кристаллизовалась в холодную рассудочную ярость.
— Что привело вас ко мне?
Нынешний владелец особняка, ничуть не разозлившись на гостью, оккупировавшую место во главе стола, занял кресло по правую руку от девушки.
Волконская несколько секунд рассматривала собеседника, пытаясь припомнить степень родства. С ходу как-то не получилось. Но куда больше вызывало диссонанс: несоответствие того, что она помнила, тому что видела сейчас.