Искажение не может преодолеть этот щит?!
— Откуда это у тебя? — абсолютно безэмоциональный голос элементали отвлёк от неприятного открытия, так что я рассеял черный туман. — Эта дымка, она ведь не простая. Очень похожа на благословение Тьмы, но это не оно.
Говорить в форме дракона не представлялось возможным, так что я заколебался: не было ли это уловкой? Попыткой заставить меня принять более слабую форму человека?
Вновь вокруг меня взметнулся столп огня, но был он заметно меньшей мощности, да и яркость самой элементали снова упала. Она явно исчерпала большую часть своих запасов, в чём я и убедился просмотрев статус: манна просела наполовину от начального значения. И Огнея уступала в силе Анне, имея уровень ниже.
Я поднял свою лапу и сделал замах, ударив по щиту: огонь вокруг тут же потух. Ещё несколько ударов и кольца рассыпались на тысячи мелких осколков, которые тут же исчезли. Элементаль, всё это время висевшая ровно посередине своего защитного шара, упала на землю. Больше мне уже ничего не мешало использовать [Поглощение], что я и сделал, заранее прикрыв большим магическим щитом место ушей. Всё же научен опытом Анны.
Элементаль быстро угасла, посерела, а потом резко пропала. От неё не осталось ничего. Поглощённого объёма маны было недостаточно для преодоления уровня, что несколько огорчило меня.
Вернув себе обычный облик и просмотрев навыком окружающее пространство я напрягся: единственная точка жизни горела довольно слабо.
Поспешив к Хугину упал рядом с ним на колени и ужаснулся внешнему виду: израненный, в луже крови и коконе скверны. Живот неприятно скрутило от вони опалённой шерсти и поджаренного мяса. Я мог бы сразу излечить его, но не торопился это делать: многочисленные опыты дали ясно понять, что магическая зараза не только разъедает плоть, но и удерживает ткани от физического распада, скрепляя их как жвачка.
— Ты, — злобно прорычал я переводя взгляд на лежащего рядом некроманта.
Он был всё ещё жив, как это ни странно при его состоянии. Конечности представляли из себя красное месиво вперемешку с белыми осколками костей, лишь правая рука цела. Кровотечения при этом не наблюдалось благодаря медицинской технике, которую используют все маги. По его грязной и порванной мантии в области туловища местами выступали пятна скверны, руки же были в коконе грязно-бензиновой дымки.
— Что я? — скривился старик в усмешке. — Не стоило твоей собаке кусать больного человека, это чревато. Заражением.
Похоже, боли он не чувствовал.
— Не заговаривай мне зубы, — рука сама потянулась к горлу старикашки. — Так оскверниться лишь от укуса за несколько минут невозможно.