Я ударил полноценной «Аурой страха» и, пока подвисший монстр пытался развернуться, налетел на него, размахивая кукри. На «спринте» подлетел, и с таким же ускорением с размаху ударил под колено. Откуда-то силы прибавилось и гнева, будто шакрас признал в этих монстрах своих убийц. Я увернулся от хвоста, оказался с другой стороны и перебил вторую лапу. А потом добрался до убойной зоны. Шакрас внутри меня рычал, кукри в моей руке пел — я погрузился в какой-то боевой транс. Нырнул в битву, как в толщу ледяной чёрной воды.
А когда вынырнул, оказался у подножия холма рядом с тем, кто ломал деревья. Вот эту шестиметровую дуру вполне могли звать тираном смерти. Мои пять основных чувств хором предложили мне свалить, но шестое признало своего убийцу и мечтало о мести.
Здравый смысл подсказывал, что на брюхе нет уязвимых мест, но это было уже не важно. Монстр зарычал, раскрыл пасть и попытался сцапать меня. Я рванул в сторону, на ходу закидывая кукри в ножны. Кувыркнулся под когтистой лапой и с разбега прыгнул на заднюю. Выхватил два гарпуна с токсином и, вбивая их в шкуру, словно это крючья для скалолазания, полез наверх. Токсин высвободился сразу же, вот только его не хватило на всего тирана. Лапа подо мной затвердела и перестала дёргаться, но шея выгнулась, а пасть чуть не оторвала мне руку.
По спине оказалось довольно легко передвигаться: я хватался за шипы, приближаясь к шее и затылку. Тиран потряс головой, чуть не сбросил, но я прыгнул с гарпуном в руке и добрался до нужной точки на черепе ящера. Ударил, сломал кончик дротика, высвобождая токсин, и чуть не завыл от бессилия, глядя, как всё брызнуло мимо.
Да чтоб тебя! Опять не пробил!
Опять тряхнуло, челюсти, как клешни экскаватора чавкали над ухом. Меня достать не могли, но вот ноги…
Я подтянулся и несколько раз ударил кулаком по бронированному затылку. «Крепкая кость» аж скрипела, но максимум чего я добился — это тоненькая трещина. Перехватился, чуть не свалился во время очередного рывка монстра, и выхватил пистолет. В упор высадил весь магазин, туда же в сердцах и сам пистолет кинул и снова достал из ножен кукри. Вбил его в трещину на пару сантиметров, и ударил кулаком по рукоятке, забивая его глубже. Расшатал, замахнулся ещё раз, но опять чуть не слетел. Ударившись, кажется, сломал собой тоненькое деревце. Вытащил последний гарпун с токсином и, поймав силовой импульс от шакраса, вбил его в трещину, проталкивая как можно дальше.
И снова чуть не слетел! На этот раз от ступора, который словил тиран. Мы рухнули вниз, и я просто скатился на землю, поцарапавшись о шипы. Было больно, но эта боль не шла ни в какое сравнение с опьяняющей радостью от победы.