— И примите добрый совет, неуважаемый Дукарт, — перебил его я. — Если не хотите лишиться конечности за повторное оскорбление аристократа, вам стоит покинуть помещение молча.
Я свободной рукой словно бы невзначай крутанул свое ранговый перстень на пальце. Буквально чуть-чуть, но этого было достаточно, чтобы привлечь взгляд.
Провокатор машинально бросил взгляд на мой перстень, увидел букву «М» и, как я и рассчитывал, вспомнил, с кем имеет дело. Он захлопнул рот, сглотнул и встал.
— Тахир, проводите еще одного гостя, пожалуйста, — произнес я.
Мой гвардеец расплылся в улыбке и широким жестом указал на дверь.
Провокатор коротко кивнул мне и молча проследовал на выход.
Я вновь перевел взгляд на оставшихся кандидатов.
— Уважаемые, я никого здесь не держу, — с легкой улыбкой напомнил я. — И по-прежнему готов отвечать на ваши вопросы.
Судя по всему, вопросов у них больше не было. Однако ни уходить, ни высказывать желание мне служить они не спешили.
— Господин Дамар, — решительно начал Рахэ. — А что вы скажете, если я сообщу, что это с моей подачи Хатаринати и Дукарт повели себя именно так?
— Вы им приказали? — уточнил я.
— Нет, — ответил Рахэ. — Я им не командир и не родич. Однако у меня есть определенный авторитет в боевом крыле клана, и люди ко мне прислушиваются.
— У каждого своя голова есть, — пожал плечами я. — И ответственность за свои решения каждый несет сам. Вне зависимости от того, на основании какой информации эти решения были приняты.
Рахэ уважительно склонил голову.
— Я готов служить вам, господин Дамар! — торжественно произнес Рахэ.
— И я!.. И я готов, — тут же поддержали его нестройным хором оставшиеся бойцы.
— Я рад, — улыбнулся я. — Тогда моя очередь задавать вопросы. Поговорим предметно?
Я достал из кармана артефакт определения лжи, положил его на стол и подвинул ближе к центру. Так, чтобы всем было видно.
Артефакт представлял собой многогранник размером с половину ладони. Он был выполнен из темно-серого металла с вкраплением нескольких десятков разноцветных камней. Мелкие камни образовывали сложный геометрический узор вокруг одного большого и прозрачного камня в центре.
По сути, фунциональным был только центральный камень. Именно он мутнел, когда кто-то лгал.
— Вы знаете, что это такое? — поинтересовался я.
— Знаю, — несколько сдавленно ответил Рахэ.
Судя по недоумению самых молодых бойцов, знали не все.
— Это артефакт определения лжи, — сообщил я им. — Садитесь за стол, уважаемые. Нас осталось поменьше, так что места всем хватит. Нам с вами предстоит долгий разговор.
— Господин, разрешите?