— Узнаю моего кузена-зануду… — расхохотался Дадли, а потом повалил меня на кровать и начал щекотать. На миг возникшее между нами напряжение исчезло без следа, а я подумал, что чем скорее Сири подгонит амулеты, защищающие от ментального воздействия, тем лучше. Мало ли что…
Остаток дня прошёл спокойно. Петунья, узнав о том, что нас пригласил в гости Ник, впечатлилась и даже хотела обрядить нас в выходные костюмы с галстуками — Мэннинги были самой богатой семьёй в городе и падать лицом в грязь ей не хотелось. Пришлось перезванивать Нику — номер его Дадли знал — и спрашивать, парадная ли нужна форма одежды.
Ник-Томми рассмеялся и заверил, что нас ждёт не званый ужин, и что его мама не ходит по дому в вечерних платьях. Так что сойдут самые обычные джинсы и футболки. Голос у него был бодрый, и я понял, что внедрение в семью Мэннингов прошло нормально. Вот и славно. А то родителей Ника мне всё-таки было жаль. Немного, но жаль.
Уже вечером я смог связаться с Конни и та пересказала мне последние новости Малфой-мэнора. Мама чувствует себя хорошо, гуляет каждый день и пьёт зелья Северуса. Папа какой-то грустный, хотя старается этого и не показывать. У павлинов снова начался брачный период, и все птенцы теперь появляются на свет с золотыми хохолками. Папа продал нескольких птенцов какому-то Готтабу ибн Саибу из Мавритании и купил маме очень красивое ожерелье, а им с Драко подарил новую палатку для игр в индейцев. В гости к папе приходил лорд Паркинсон с дочерью Панси, и они о чём-то беседовали в кабинете. Панси говорит, что её дедушка хочет заключить помолвку с Драко, но она замуж за Драко не хочет, она вообще замуж не хочет, а хочет в Трансильванскую Академию Боевой магии, но папа Панси говорит, что девочка должна быть леди, а не боевиком. Глупости лорд Паркинсон говорит, правда?
— Конечно, — заверил я Конни, а та продолжала говорить дальше — как ей скучно без меня, и как ей будет трудно пережить этот год до Хогвартса.
Знала бы она, как мне трудно без неё…
Утром окружающая действительность показалась мне уже не такой тоскливой, как после беседы с Конни. Нет, на самом деле всё было отнюдь не тоскливым — Вернон и Петунья относились ко мне хорошо, Дадли стал практически другом, Грюм, а вместе с ним и хитромудрый директор, кажется, ничего не заподозрили… Я порой удивлялся странной слепоте Дамблдора — вроде бы, Избранный основной его проект, а он отправил меня к магглам… нет, это как раз понятно, забитый сиротка будет по гроб жизни благодарен тому, кто откроет ему мир чудес… но до самого моего похищения ни Дамблдор, ни его сообщники мной особо не интересовались, просто плывя по течению. Не считать же, в самом деле, серьёзным наблюдателем не слишком дружившую с головой мисс Фигг.