Мы развернулись к ним и сделали несколько шагов вперёд, чтобы не стоять спиной к краю.
Стая с любопытством разглядывала нас. Я тоже смотрел, не отрываясь. Самый мелкий детёныш был размером со слона, пара других — примерно в два раза больше. Взрослые же возвышались на несколько этажей, даже не выпрямившись полностью.
Но больше всего меня привлекал не размер, а внешний вид. Вроде бы драконы как драконы, однако их чешуя отливала лазурью безупречно, словно её непрерывно полировали. Все оттенки синего — так бы я описал их окраску. Казалось, что это не чешуя, а кристаллы.
Пока их разглядывал, взрослые подтолкнули носами детёнышей. Те, перебирая лапами и тяжело ступая, направились к нам. Я сразу заметил: самый мелкий пошёл к Риллиан, двое остальных — ко мне.
— И что это может значить? — спросил я.
— Не знаю. Я только предполагаю, что так они выражают доверие, раз позволили детёнышам приблизиться.
— Хорошая мысль.
Все трое добрались до нас и почти синхронно опустили головы. Вблизи они выглядели ещё красивее: идеальные чешуйки, холодный блеск, а их иссиня-чёрные глаза выглядели умными и глубокими. Мне даже показалось, что они способны говорить одним лишь взглядом на всех языках мира.
— Похоже, их можно погладить, — предположил я, лишь позже заметив, что Риллиан уже гладит самого мелкого, и тому это явно нравится.
— Не можно, а нужно! — довольно ответила она.
Я протянул обе руки и начал гладить две ожидающие морды передо мной. Их головы были уже достаточно большими, так что это выходило иначе, чем у Риллиан, но, судя по шумному выдоху и прикрытым глазам, мои — условно — ящеры остались довольны.
На ощупь чешуя оказалась идеально гладкой и очень холодной. Настолько холодной, что вскоре у меня начали подмерзать руки. Драконы, похоже, это почувствовали: они убрали морды и повернулись к родителям. Те кивнули — жест был вполне понятен. Мелкий тоже вернулся к своим.
Мы ещё некоторое время наблюдали, как драконы рычанием переговариваются между собой. Звучало угрожающе, но я понимал — это разговор. Просто для человека он казался опасным.
Вскоре беседа закончилась, и один из взрослых, тяжело ступая и сотрясая землю огромными лапами, вышел вперёд. Он не подошёл вплотную, но наклонил морду в мою сторону и словно кивнул.
— Он хочет, чтобы я подошёл? — спросил я, повернувшись к Риллиан.
— Со мной это всё впервые, я не знаю. Но выглядит так, что хочет. И это неспроста, насколько мне известно.
— А зачем я ему?
— Просто подойди, иначе ты проявишь неуважение и ничего не получишь.
— Что он может мне да…