— Ты что, тупой? Или глухой? Некогда мне! Сказал же, завтра! — говоривший сипел, как после долгой болезни.
Когда он снова отключился, даже не выслушав, злость заставила меня несколько раз со всей силы пнуть железную дверь. Искры полетели в стороны, и на металле остались хорошие вмятины, грохот при этом стоял такой, что бронекостюм для моего комфорта уменьшил уровень шума. На этот раз мои действия привели к результату, но не такому, как я ожидал — с верхнего правого угла прицельно выстрелил пулемет. Я подумал, что, если убьют, точно завтра приду и расстреляю суку прямо на рабочем месте! Но, к моему счастью, били обычными пулями, и бронекостюм А-класса справился. Меня даже не отбросило в сторону, помогли инерционные блокираторы. Десять секунд — и от пулемета не осталось и следа: активированный на плече бластер вышел из этого боя победителем, а у меня появился шанс поквитаться прямо сегодня. Мысленно я дал «Ганзе» последний шанс и опять нажал кнопку вызова. Все-таки, я за мир во всем мире.
— Настырный, да? На кламире будешь своими лопастями безнаказанно махать, — недовольно ответили мне. — Ладно, входи.
Я ухмыльнулся, человек Ганзы прекрасно знал, кто я и зачем к ним пришел. Ради чего было устраивать цирк — непонятно. Раздался щелчок — и часть стены рядом с дверью ушла вверх. Я оценил ширину и материал стены — два метра монолитного металла, задекорированные тонкой каменной облицовкой. Да эти стены выдержат удары орбитальной торпеды, вздумай кто бомбардировать Белкет. Мстить «Ганзе» я резко передумал.
Первая комната в этом бункере больше походила на приемную ведущей гильдии. Ультрасовременный хайтек, полный сюрреализма и лишенный человеческой логики, не вызывал дискомфорта или беспокойства. Наоборот, интерьерный хаос мозг приравнял к уюту. Я поневоле расслабился, и меня стало клонить в сон. Бронекостюм отреагировал на это дозой энергетика.
— Так чего приперся-то? — раздался вопрос от того же хамоватого типа. Рядом появилась проекция приканца в белом медицинском халате. Представители «Ганзы» даже не удостаивали посетителей личным присутствием. Понятно откуда такая манера общения — безнаказанность рождает вседозволенность.
— А по хлебалу? — я не собирался терпеть такое отношение.
— Скажи мне как, и я извинюсь перед твоей человеческой задницей, — заржал приканец. — Ты настолько туп, что не понял, с кем общаешься?
— Я тебя за язык не тянул про извинение перед моей задницей. И я считал, что общаюсь с подданным его Величества Императора Прикании, чье умение править своим народом восхищает все империи Галактионы. Слышь ты, выкормыш скунса и утконоса, я могу вернуться к императору и поинтересоваться, почему такой уважаемый человек позволяет выставлять себя неспособным контролировать своих подданных.