И да, по ним тоже стреляли. В одном месте сломали модуль, и он погас. Но в целом излучатели были хорошо спрятаны.
Минус… одно вторичное ионное орудие и один лазер. Целиком снесли три из тридцати двух точек ОТО и один главный калибр. Впрочем, запасные ионки на складе так и лежат, благо удалось отбить их у корпы. Пару излучателей щитов побили. Но в целом… мы отбились малой кровью и огромным расходом припасов. Кстати… боевых дронов осталось пять штук — неплохо.
Убедившись, что Ксентари не думают лезть жариться к нам, а постреливают издалека, мы вернулись по ангарам.
— Шард, не забудь надеть шлем, — посоветовал мне Шериф. — Тепловое излучение жуть!
Прислушался к совету. В ангаре очень громко гудела вентиляция, словно в режиме продувки после задымления. Судя по датчикам… здесь сейчас около шестидесяти, хотя объективно оценить сложно. Корпуса кораблей раскалены и медленно остывают. Скаф предупредил об опасной, хоть и приемлемой среде.
— Эм… Дарья не выходит и не отзывается, — сказал Руслан. — Шард, можешь помочь?
Я безуспешно попытался вызвать рыжую, а затем на импульсах маневровых понёсся по ангару к месту, где стояли Коршун и Бомбер. Из туши последнего как будто выдрали небольшой кусок маленькие стальные челюсти, а кое-где исходил дымок…
— Кто в главном ангаре! Полейте Бомбера нейтрализатором! Его броню коррозийные ракеты плавят! Медленно, но упорно! Не всё сгорело.
— Понял! — отозвался Евгений. — Я потом начну перезарядку ракет!
Корабль открыл командой Шериф. Мы забежали внутрь… рыжая бессовестно дрыхла в кресле пилота.
— Отрубилась, едва опасность отступила. Видимо, истратила остатки сил на помощь с контролем и полёт бомбера, держась на одних волевых.
— И ведь это она привела Ксентари, — вздохнул Шериф.
— Знаю… но…
— Но… я согласен, — он махнул рукой. — Оставь её здесь, пусть дрыхнет на боевом посту. Ксентари никуда не делись. Эсминцы просто не успели до нас долететь, да и особо не стремились. Но мимо них мы всё ещё вряд ли пролетим. Встанут на перехват и будут меняться. Войдут в ближний бой. Потеряют, наверное, один корабль, но нас перебьют. Или перезарядимся и попытаемся пройти на прорыв?
Я думал, что делать на пути с тесного мостика бомбардировщика, вызвав в визоре справку.
— Пока не знаю… Мы солидно москитки перекрошили. Ксеносы должно быть не ожидали, что у нас столько ракет и что мы так хорошо сможем по ним стрелять.
— Сделай мне больно и ответь, на сколько мы, примерно, потратили ракет и торпед?
— Без учёта других боеприпасов? Около сорока пяти лямов. Думаю, больше… сам попросил, — пока Шериф стоял и матерился, я в очередной раз вспоминал одну из лекций первого курса в учебке. Капитан тогда вещал примерно следующее: «Ракеты это замечательное оружие! Можно одним залпом сбивать корабли! Щиты ненавидят ракеты! Если у вас прямые руки, ракету можно заслать прямо в корму противника, чтобы он перед смертью пожалел, что вообще связался с вами! Вопрос — зачем нам тогда пушки?»